Да и злобу не на ком вымещать. Таким садистам всегда нужна жертва, желательно беззащитная. Если начать кидаться на соседей хотя бы, они ведь могут коллективно устроить ему темную. До смерти.

С Ривзом понятно. А судейские чего забегали? Чем так важна персона этого убийцы? Или это моя персона важна? И чем? Малыш, сидевший тихо и почти не дыша на банкетке, после слов Макферсона, затрясся всем телом и кинулся ко мне, цепляясь за мои руки, одежду и рыдая.

- Госпожа Вайолетт, не отдавайте нас отцу! Он же все равно убьет нас! Лучше я сам утоплюсь сейчас, чем ещё раз к нему попасть.

Ребенок выкрикивал эти слова, а у меня внутри все сжалось в ледяной комок. Я прижала его к себе, поглаживала по спине, успокаивая. Сама же сказала, глядя в упор на чиновника.

- Неужели вам, господин судебный чиновник, неизвестно, что этот Самуэль Ривз практически до смерти забил кнутом своего сына и его лошадку, несчастного пони? Тому было множество свидетелей! Ривз и меня ударил кнутом по руке, когда я хотела защитить ребенка. Вот и доктор ваш осматривал Жана и его лошадку. И мне помощь оказывал.

Чиновник усмехнулся:

- Свидетели утверждают, что они ничего не видели.

Я рывком подняла рубашку на спине мальчика. Раны уже зажили, конечно, уже, но, тем не менее, красные рубцы четко виднелись на коже. Чиновник отвел глаза в сторону и пробормотал:

- Ну, мало ли где мальчишка мог получить, такое… играли с другими мальчишками.

Я закатала рукав. У меня точно такой же рубец шел через все предплечье.

- Я тоже играла с мальчишками, по- вашему? Не старовата ли я для этого?

Томас Макферсон отвёл взгляд и пробормотал нечто непонятное. А я внезапно успокоилась и холодно поинтересовалась:

- Хорошо, господин судебный чиновник, будьте добры, предъявите мне решение суда об изъятии ребенка и пони у меня.

Обвинения в эксплуатации детского труда я отвергаю. Если не считать за таковую поедание яблок в неограниченном количестве. Как видите, ребенок жив, здоров, сыт, одет. Никакой угрозы для его жизни здесь нет. Когда назначено судебное заседание?"

"Чиновник молчал, только вытаращил на меня глаза. Не ожидал, что пигалица, девчонка начнет оперировать юридическими терминами. Она что, и законы знает? Здешних законов я, конечно, не знала, это просто наобум брякнула и попала в яблочко.

Никакого решения явно не существовало, это процедура небыстрая, да и дойти может до тех, кому не следует знать. Поэтому решили взять нахрапом, запугать девчонку - долго, что ли!

Макферсон решил сдать назад:

- Ну, если с ребенком все в порядке, то я могу оставить его у вас. Но лошадь я заберу!

- Господин Макферсон, лошадь принадлежит не Самуэлю Ривзу, а Жану Ривзу, и подарил пони ему его дядя, брат покойной матери. Поэтому без разрешения мальчика вы не можете распоряжаться его личным имуществом.