Педиатров я посоветовала так же учить отдельно. Разумеется, пока это деление было чисто условным. Почти все врачи относились к врачам общей практики. Но, разумеется, те несколько десятков лекарей, что служили при войсках, лучше разбирались в хирургии и лечении ран, те, кто был при публичных домах – лучше могли усмирить боль при месячных, те, что были приставлены к школам будущих чиновников и судей – учились справляться с растяжениями, синяками и подростковыми психозами. Ну, и так далее…

Все сведения такого рода стекались в школу Имхотепа и там уже становились записями на папирусе.

Прообразами будущих учебников.

Бася очередной раз принесла семерых котят. Я уж не говорю о том, что к весне все девочки-кошки были беременны! Четко представив себе последствия – штук тридцать-сорок котят, которые радостно гадят по всем углам, качаются на моих шелковых шторах и прыгают из-за угла на ноги служанкам, несущим еду, я быстренько составила список особо отличившихся людей и как только очередная малышка рожала – для всех ее котят была готова обалдевшая от счастья и щедрого дара приемная семья.

"

"Поняв, что я трачу на это слишком много времени, я посадила на ведение кошачьей родословной отдельного писца. Так в этом мире появилась первая картотека. На каждого котенка были заведены документы. Подарок отдавался с условием, что все новорожденные котята от девочек будут делится следующим образом. Один – алиментный, для хозяев кота-производителя. Один – остается хозяевам кошки. Остальные переходят в собственность казны.

Думаю, стоит эту кошачью благодать распространять и на другие города. Во всяком случае, стоит хоть как-то попытаться сохранить разные наборы генов. Чем больше партнеров, тем, в данной ситуации – лучше для потомства.

Сефу женился. Совершенно неожиданно для всех, кроме, пожалуй, меня. Даже самые матерые сплетники дворца пропустили момент, когда визиты Сефу с проверками моих охранников участились в два, если не в три раза.

Пожалуй, только я тогда догадывалась о его тайных ухаживаниях.

Сны, которые я видела глазами Баски, рассказывали мне о многом во дворце. Как-то совершенно незаметно для себя я смирилась с этими видениями. Заодно, когда по ночам наши сущности сливались в единое целое, я убеждалась, что хоть и превалирует в ней животное начало, но понимает она гораздо больше, чем можно было бы предположить.

Вот во время такого сна я и застукала целующихся Сехема и Неферту. Надо скзать, что в ипостаси кошки меня сцена не впечатлила.