Вроде только утро было, а сейчас вон Солнце заходит за горизонт, обагряя небосвод и раскрашивая в алый цвет немногочисленные тучки.

— Алексей, ты готов? — Постучалась в дверь Анна.

— Готов, — я бросил последний взгляд на пламенеющее небо и вышел из комнаты.

Пока мы шли обратно в центр города я поинтересовался у Анны, что за человек этот Барыга и зачем мне собственно к нему идти. Оказалось, что действительно — барыга. В недалеком прошлом скупщик краденого теперь завел небольшую, но дорогую антикварную лавку при собственном доме.

— Понимаешь, он человек весьма своеобразный и нам с Маркусом он такие книги ни за что не продаст.

Тебе возможно, если у него они есть, и ты ему понравишься.

О как. Что же это за барыга, которому нужно понравиться. На самом деле я сильно подозревал, что нужно было, чтобы ему понравилось содержимое холщового мешочка. Но звучит интригующе — избирательный барыга.

— Слушай, а можно личный вопрос? — спросил я.

— Давай.

— А почему тебя прозвали Бешеной?

— А от кого ты слышал это прозвище?

— От хозяина таверны, в которой мы сегодня встречались.

— А-а — протянула она и довольно осклабилась.

— От этого. Да был один случай.

Я внимательно слушал, хотя в принципе догадывался, о чем пойдет речь.

— Когда еще совсем молодой была и стала заказы на отряд искать, зашла в таверну, и он сперва то да се. Затем на ужин пригласил ну и стал руки распускать.

— А ты что?

— Да, ничего. — Анна зевнула, прикрываясь рукой. — Ну, сломала ему обе руки. И так… Помяла немного… Совсем чуть-чуть, можно сказать. Зачем так орать было на всю улицу — не знаю. Вот с тех пор и приклеилось прозвище.

Я не выдержал и расхохотался. Действительно прозвище не в бровь, а в глаз.

— Ну что ты смеешься? Я ж не со зла. Я просто испугалась тогда.

Я всхлипнул от смеха. Ну хватит уже, а то от смеха икота появится, а я ж не хочу к этому эксклюзивному барыге идти икающим.

Анна надула губы и дальше мы шли молча. Впрочем, не долго.

С десяток минут мы поплутали по узким улочкам, пока не уперлись в большой трехэтажный дом, на первом этаже которого действительно была небольшая лавка. Второй и третий этажи были явно жилыми — занавесочки и цветочки в горшочках.

Лавка была без окон, но над входом висела скромная вывеска «Лавка чудес».

Я хмыкнул. Вообще эта чудесная лавка выглядела, как самый настоящий бункер способный выдержать массированный ядерный удар. Толщина стен в доме, судя по дверному проему, была такая, что замок на холме рыдает в голос.

Анна постучалась и мы вошли."

"Небольшая комната была разделена на две неравные части массивной стойкой, на которой лежали предметы дискообразной формы из тускло поблескивающего метала.