Несмотря на то, что голова занята делами, и мы виделись буквально вчера, я понимаю, что рад ее видеть. За время, проведенное в этом кабинете, я привык к нашим разговорам, а в праздники у нас толком не было возможности пообщаться.

— Здравствуй, Денис, — звук захлопнувшейся двери доносит до меня легкий аромат туалетной воды, который я раньше на ней не замечал. Нежный и цветочный, ей очень подходит.

— Привет, Маш. Значит, с сегодняшнего дня массаж?

Кивнув головой, она подходит к раковине и начинает мыть руки. Делает это так тщательно, что я в очередной раз не могу не улыбнуться ее исполнительности.

— Тебе нужно будет лечь — я подложу тебе под ногу валик. Если тебе вдруг станет больно — ты должен мне сказать.

Я послушно растягиваюсь на кушетке, и Маша моментально отводит глаза. Затем, словно спохватившись, разворачивается и открывает шкаф, из которого достает сложенный плед.

— После выходных в кабинете прохладно, — поясняет, осторожно прикрывая им мои бедра. Я вновь начинаю ощущать это странное расслабление: хочется забыть о делах, закрыть глаза и отдаться ее заботе. Именно так воспринимается каждое ее движение, возможно, потому что она выполняет свою работу с душой.

Ее лицо оказывается над моим, и я впервые замечаю, что на ее щеке есть легкий пушок. Словно почувствовав мой взгляд, Маша заглядывает мне в глаза и, быстро улыбнувшись, отходит.

— Я нанесу на колено массажный гель. Иногда мы используем нестероидные противовоспалительные крема, но в твоем случае нет необходимости.

— Ты всегда все подробно поясняешь пациентам?

— Стараюсь. Это их здоровье, и они имеют право знать, что с ними происходит.

— Все правильно, Маш, ты умница.

Я чувствую прохладное прикосновение к ноге — очевидно, тот самый гель, за которым следует осторожное и теплое — ладонь Маши. Чтобы не смущать ее, смотрю в потолок, а потом вовсе закрываю глаза. Ее пальцы обводят колено, сначала мягко, затем чуть сильнее, постепенно увеличивая давление. Это мой первый лечебный массаж, но сейчас я уверен, что она действует как профессионал. Движения отнюдь не робкие, а точные, выверенные, и одновременно приятные.

Я пытаюсь абстрагировать от происходящего и в мыслях переключиться на дела: после процедуры мне предстоит встреча в вице-губернатором по поводу будущего проекта, дело на сотни миллионов, но сосредоточиться никак не выходит: в голове то и дело всплывает картина узких ладоней, растирающих мне ногу.

Странно и совсем не нравится мне.

— Все в порядке? — долетает до меня мягкий голос. — Если больно или неприятно, скажи.

— Все в порядке.

Я открываю глаза, чтобы развеять навязчивую картину и, слегка приподнявшись на локтях, оцениваю происходящее.