Гарретт все равно не хотел, и тогда блондин… который Бойл… приставил к его голове пистолет. – Мари заломила руки. – Я трусиха, понимаете? Ведь я могла сделать что-нибудь… схватить вилы, напасть на них… Но я убежала и пряталась… Я слышала, как моих родных убивали. Гарретт добил моего брата, чтобы не погибнуть самому… И я не сумела им помешать…

По ее щекам текли слезы.

– Послушайте, Мари, у вас не было никаких шансов против трех вооруженных мерзавцев, – мрачно сказала Ксения. – Вы бы просто стали еще одной жертвой. Не терзайте себя.

– Да, но я могла хотя бы попытаться… А я словно вся заледенела от страха.

Потом долгое время мне снился один и тот же сон. Что они… что эти трое умирают, а я вижу, как они умирают, и не двигаюсь с места. Но это был только сон… только сон.

– Скажите, Мари, о чем вы говорили с Гарреттом?

– Когда он понял, кто я, то стал белым, как полотно… Я никогда не думала, что человек может так побледнеть. Он стал твердить, что не виноват, что он ни в чем не виноват, что его заставили… Потом разрыдался. Он был жалок… И омерзителен. Я видела, что он опустился, что он пьет… Люди стали оглядываться на нас.

И я ушла.

– Когда именно произошла ваша встреча?

– Две недели тому назад… Нет, чуть больше.

Ну что ж, теперь ясно, почему вскоре после этого Гарретт явился на работу пьяным, хотя раньше ничего такого себе не позволял. Встреча с Мари оказалась для него сильнейшим потрясением.

– Что было дальше? – спросила Ксения.

– Дальше? Ничего. Я думала, что, может быть, правосудие захочет заняться моим случаем… Я нашла юриста, он долго расспрашивал меня, но в конце концов сказал, что шансов почти никаких. Меня всю трясло во время разговора с ним… из-за того, что он заставил меня вспоминать… все подробности… Он был очень любезен, но сказал, что у меня не хватит сил выстоять в суде, опытный адвокат разобьет меня в пух и прах и докажет, как дважды два, что белое – это черное… Кроме того, для процесса в Англии нужны большие деньги, а какие у меня доходы… Одним словом, что бы я ни делала, я все равно упиралась в тупик.

Однажды после работы я подъехала к дому, где жил Хэйли. Но я так и не сумела войти – от волнения мне сделалось дурно.

– Если вам было настолько плохо, может, стоило остановиться?

– Я думала об этом, – помолчав, сказала Мари.

 – Но я не могла оставить все как есть… И в то же время не могла ничего поделать. В мечтах я тысячу раз, не меньше, убивала их. Но я не убийца… Я уже сказала вам: я трусиха. Ужасно ощущать, что имеешь право, понимаете, полное право уничтожить их – и сознавать, что все напрасно, потому что ты никогда не решишься на это… Я так и не смогла заставить себя встретиться с Хэйли, а Бойл… Один раз я видела издали его жену. Она шла с детьми.