Мама слушает внимательно, кивает, вопросы уточняющие задает, и я вхожу во вкус. И про завод, и про Черенцова, и про планы на будущее.

Мама одобрительно улыбается, но за улыбкой ее тоска какая-то прячется.

Встает и начинает мыть посуду, протирает столешницы, из сумки своей контейнер пластиковый вынимает."

"— Я печенье сегодня утром испекла, думала, ты ко мне приедешь. Но вот, сама тебе привезла.

— Спасибо. С кунжутом?

— Да.

Продолжает суетиться, а я суп доедаю.

— Мам…

— М?..

— Почему ты отца не простила?

— А почему я его прощать должна была?

— Но он ведь раскаивался? — затаив дыхание, спрашиваю я.

— Не знаю, — хмыкает тихо, — я ему не поверила.

— Почему?

— Не убедителен был.

Чувствую, как тянет все внутри, дышать становится труднее. Отложив ложку, переношу вес на сложенные на столе руки.

— А как?.. Мам, как убедительным быть?

Оглянувшись через плечо, она посылает мне говорящий взгляд.

— Все не успокоишься?

Мотаю отрицательно головой. Сказать не дает вставший в горле ком.

— Не трави ты девчонке душу, сынок.

— Я вернуть ее хочу. Насовсем.

— Зачем? — спрашивает удивленно.

— Не могу без нее. Люблю.

— Любишь? Из-за нее, значит, напился?.

Подтверждаю молчанием.

— Делать что? Что должен был сделать отец, чтобы ты его простила?

— Не знаю я! Если бы это было так просто, люди не разводились бы из-за измен!

— Но должен ведь быть какой-то способ?! Живут же люди после этого вместе!

От бессилия волосы рвать на голове охота, только хрен поможет!

Слабо признаться, что опоздал?! Что похерил самое дорогое, что имел. Бездарно просрал смысл жизни.

— А как они живут?.. Руслан, ты интересовался?

Да, пример Просекиных перед глазами. Так я не хочу. Хочу назад свою семью, в точности такой, какой она была до всего этого пздца.

— Что мне сделать, мам? Хотя бы намекни… Она знать меня не хочет, говорит, что ненавидит.

— Я бы тоже ненавидела… — проговаривает задумчиво, — начни с себя, Руслан… Ты думаешь, Маша простит, если узнает, что ты до сих пор… вон с этими встречаешься?

На царапины мои намекает, что ли?..

— У меня с развода никого не было, мам. Это не то, что ты подумала…

— Ну, да, — усмехается она.

— Это Маша. Только без подробностей…

Слегка покраснев, мама убирает со стола мою тарелку, моет ее, убирает в шкаф.

— Так сразу она тебя не простит. Это длительный процесс.

— Что делать? Конкретно?..

— Я не знаю. Бери в осаду, — пожимает плечами, — доказывай, что раскаялся…

— Если бы отец тебя в осаду взял, ты бы простила?

— Не знаю, возможно… Не знаю…

Глава 45

Наспех расчесываю волосы, собираю их заколкой и поправляю на шее воротник водолазки. Никто ничего не заметит.

Бросив взгляд на наручные часы, бегу на кухню допить почти остывший кофе. Беру чашку в руку и останавливаюсь у окна.