Мне стоит провериться на инфекции?

— Я чистый, — бросает через плечо.

Поднимается на ноги и выходит из комнаты. Слышу, как заходит в ванную, как начинает шуметь вода.

Мне бы тоже помыться. Я вся в нем. В его запахе, сперме, слюне. Между ног липко и мокро. Лицо чешется от слез и поплывшей косметики.

Через пятнадцать минут Руслан входит в комнату. Полностью одетый, встает надо мной.

Принимаю его взгляд. Тусклый и безжизненный. У меня, наверное, такой же.

Кожа щеки, по которой я хлестала весь вечер, воспалена и, наверное, завтра там будет синяк. На губах корочки с засохшей кровью.

На моих, чувствую, такие же.

Опустившись на корточки у кровати, он обхватывает мое лицо двумя руками. Прижимается к губам, нежно — нежно целует ранки. Я слабо сопротивляюсь.

— Что я наделал, Маша…

— Уйди.

— Если бы я знал, как все исправить…

— Уходи… — зажмурившись, отворачиваюсь от него.

Слышу, как поднимается на ноги, потом удаляющиеся шаги и, наконец, хлопок двери. Резко перевернувшись на живот, вжимаюсь лицом в смятую простынь.

Меня сотрясают сухие рыдания.

Что ты наделал, Руслан?! Что ты наделал?!

Как ты мог сделать это с нами?!"

"Моя истерика продолжается час или полтора, потом короткий период анабиоза и внезапный приступ деятельности.

Сажусь в кровати и начинаю судорожно стягивать с ног чулки. На одном из них широкая стрелка до самой пятки.

Потом, соскочив, несусь на кухню. Вынимаю из выдвижного ящика хозяйственные ножницы и начинаю резать собравшееся в драный комок на моей талии платье.

Получается плохо. Не то ножницы тупые, не то у меня руки не из того места. Реву от злости, яростно дергая на себе ткань, стригу, несколько раз царапая кожу живота металлом.

Наконец, избавившись от него, совершенно голая выхожу в прихожую, зажигаю верхний свет и встаю перед зеркалом во весь рост.

Выгляжу точно так, как вела себя сегодня. Как бл*дь. И ощущаю себя ею же.

Так противно, но я заставляю смотреть себе в глаза.

Тряпка. Ничтожество. Ноль.

Вокруг глаз потеки туши, по щекам размазана перламутровая помада и да, на губах запекшаяся кровь. Прохожусь по ним языком и сглатываю металлический вкус.

Подняв волосы, осматриваю шею и делаю в голове пометку купить пару новых водолазок. На бедрах, попе и пояснице тоже россыпь синяков, покрытых тонкой пленкой подсохшей спермы.

Подцепив пальцем вязкую каплю у пупка, подношу ее к носу. Вдыхаю запах и слизываю каплю языком.

— Ненавижу тебя… — шепчу беззвучно, потом смотрю себе в глаза и повторяю уже громче, — и тебя ненавижу!!!

На ванну у меня уходит больше часа. Сначала я обвариваюсь в кипятке, а потом едва не сдираю кожу мочалкой. Кричу, посыпая саму себя ругательствами и оскорблениями. Реву, признаваясь самой себе, что пока он трахал меня, я представляла себя на месте Майер.