И они жили на бабушкину невеликую пенсию, ее сократившееся до одного ученика репетиторство, плюс детское пособие, что получала Арина как мать-одиночка, плюс…

Снова, вот уже второй раз, папины ежемесячные переводы, которые он так и продолжал присылать регулярно, просто необычайно выручили их и даже, можно сказать, спасли.

Но денег все равно не хватало, тем более что Арина настояла, чтобы Анна Григорьевна совсем отказалась от занятий с учениками – у бабули просто не хватало уже ни сил, ни энергии, ни здоровья, чтобы помогать с энергичным, непоседливым и не возрасту развитым правнуком, и еще занятия вести. Вот и получалось, что выходить Арине на работу надо обязательно, потому как нужна няня, да и помощница по хозяйству не мешала бы, или человек, который совместил бы обе эти обязанности, но это совсем другие деньги.

Крутили-рядили, считали да прикидывали они с бабушкой, и получалось, что никак по-другому не выходит. А Арине ужасно не хотелось оставлять Матюшу, он еще такой маленький, ну хотя бы лет до трех с ним досидеть.

Но… Уже начала мысленно настраиваться на возвращение, готовить себя морально, уговаривать…

Да помог случай.

Что ответить Артему на вопрос про отца Матвея, думала Арина, вернувшись вечером с работы уставшая до изнеможения, переодевшись, умывшись, налив себе чаю и рухнув на диван, закинув гудевшие от долгих часов топтания и стояния на месте ноги на подушку, брошенную на журнальный столик.

Сегодня готовили большой, интересный заказ. Делали его всем коллективом с удовольствием, с энтузиазмом, применив первый раз новые технологии. Получилось классно! Просто шикардос!

Арине очень понравилось, и, как бывало, когда получалось что-то по-настоящему замечательное, она испытывала необычайное чувство морального удовлетворения, душевного подъема, удовольствия и радости."

"Но весь этот день, погрузившись в творческий процесс, Арина все так и крутила и крутила в голове мысли-воспоминания, думала про Красногорского и его непростой вопрос.

Что сказать? Что взрослый, богатый мужчина использовал ее, молоденькую дурочку, и обманул?

По сути-то, обманул и использовал, но…

Что от страсти и любви она потеряла голову и не владела собой?

Владела она собой, скажем прямо, плохо, голову потеряла от страсти, но…

Одно Арина знала и понимала определенно – нельзя рассказывать мужчине, к которому испытываешь глубокие чувства и которого определенно интересуешь как женщина, о том, что когда-то переживала страстные, сильные и красивые отношения с другим мужчиной.

Вот чувствует она, что нельзя.

А ведь что-то говорить и объяснять ему об отце Матвея придется.