Заходит в квартиру, окидывает меня взглядом — я тоже принарядилась: надела новый розовый сарафан, в котором плечи и ноги ниже колен оголены. Волосы распустила, немного подкрасила губы, чтобы быть поярче для него.

— Ну что? — спрашиваю я, от волнения потирая ладони. Смотрю на него во все глаза.

— Стало хуже! Рот все время открывается сам собой, Кать, — округляет он глаза, в которых мелькает паника.

— Это нормально, мышцы расслабились за две недели. Потренируемся, вернем им тонус. Я помогу, — киваю с готовностью.

— Писец, какая ты охренительная. Все, не могу больше, — отсекает он, глядя на меня. Рот его и правда приоткрывается то ли из-за слабости мышц, то ли от восхищения. Быстро закрывает дверь на ключ, опускает покупки прямо на пол, скидывает как попало кеды, подходит вплотную и обнимает.

Я не успеваю пикнуть, как оказываюсь придавленной к стене. Он не лапает, просто вжимает меня в себя. Послушно обнимаю его за плечи, провожу подушечками пальцев по лопаткам, затем между ними. Он немного вспотел, на улице душно.

— Покажи, покажи мне, что получилось, — прошу. Он чуть отстраняется и широко улыбается, демонстрируя два ряда практически идеально ровных зубов, десны немного воспалены, но в целом — все хорошо. Он машинально облизывает губы. Язык легко скользит по краю нижней губы, будто не был все это время заперт.

— Катя, Катенька, — шепчет Ярослав, продолжая прижимать к себе. Улыбка медленно сползает с его лица, Яр серьезнеет. Он пропускает мои волосы сквозь пальцы, обхватывает мой затылок. — Катя-я-я-я, — наклоняется и тянет прямо на ухо. — С ума схожу, девочка моя хорошая. Нежная, заботливая. Такая сладкая, — и ведет языком по коже за ухом.

У меня земля уходит из-под ног, пульс зашкаливает, я почти умираю от этой простой ласки. Внизу живота простреливает, так хочется, аж больно! Я отчаянно нуждаюсь в нем. Уже влажная, уже его.

От неожиданности и обескураживающей гаммы ощущений замираю и зажмуриваюсь, понимая, что все случится именно сейчас. Он не будет спрашивать, а я не стану отбиваться. Не могу, не обладаю такой выдержкой. Он для меня во всем слишком, я не могу ему сопротивляться. Слабовольная, легко доступная.

Зажмуриваюсь крепче. Сам же, наверное, обо мне плохо подумает. Он военный, они такое поведение не приемлют. Замуж выхожу, обручена, а он четыре дня назад приехал — и сегодня возьмет меня в квартире моего жениха как захочет. Прямо в коридоре. Разве он сам после этого на мне женится?

Изменившая с ним, изменит и ему…

Шлюха.

Я все это понимаю, но обнимаю крепче. Жмусь к нему, задыхаюсь, еще немного — и начну стонать, умоляя трогать. Пусть сделает, как хочет. Пусть же… все для него, я вся только для него одного.

Глава 19

Он не отлипает от меня. На мои щеки, виски, закрытые глаза щедро сыпятся быстрые поцелуи.