— Мы не хотели тебе говорить, думали, ты переживешь все это и дальше пойдешь. Но… видимо, не получится.

— Ты о чем? — спрашиваю не без раздражения. Мне заранее не нравится то, что он скажет.

— Ульяна видела Катю сегодня утром в женской консультации. Беременная твоя Катя.

— В смысле «беременная»? Я ее видел час назад, она не похожа на беременную.

— Ты живот имеешь в виду? Так он не сразу появляется.

Я чувствую, что холодею, вспоминая наш сегодняшний секс. Свои ощущения. Мысль мелькнула: что-то не то, она будто… поправилась. В груди, бедрах. Но это ведь хорошо, значит, питается нормально, не в стрессе. А то совсем худенькой была в последнее время.

— Это точно? — спрашиваю.

— Абсолютно, — отвечает он. — Даже спорить не стала, честно призналась.

Блть, я реально ничего не понял. Все так быстро случилось… на все, включая разговоры, минут пять-семь. Страсть застелила глаза. А потом в тамбур постучали, Катя убежала в туалет, спряталась. Через десять минут домой поехала, попросила напоследок, чтобы я завтра обязательно приехал. Но с ней все хорошо было, она улыбалась, светилась. Я не обидел ее сегодня.

Беременная….

— А почему она мне ничего не сказала? — возмущенно смотрю на Руса. — Она бы никогда такое не скрыла. Да и зачем?

— Яр, мы с Ульяной думаем… — он понижает голос. — Мы любим Катю, она хорошая, может быть даже, она тебя тоже любит. Но мы подозреваем… не твой это ребенок. Извини, пожалуйста, — Рус встает, сжимает мое плечо и идет к щелкнувшей микроволновке. — Ты ведь не передумал есть? — ставит передо мной тарелку с лазаньей, миску с салатом, хлеб. — Ты забей, серьезно. Переживем. Поешь, не отказывайся. А хочешь, вискарь откроем и нажремся? Поэтому она и не позвонила тебе после ссоры и держит на расстоянии, как такое скажешь? Что сшалавила, когда ее чмошник приезжал.

— Ты со словами осторожнее, — я поднимаюсь из-за стола. Мне нужно на воздух. — Еще раз такое скажешь — челюсть сломаю, это больно, поверь. Спасибо, я в другой раз поем."

"— Яр! Блть, Яр, ну что ты! — он всплескивает руками.

— Никому о своих догадках не говори. Проболтаешься, считай, нет у тебя больше брата. А Уле скажи, чтобы язык проглотила.

— Чудесная девочка Катя моего брата в могилу сведет! — раздраженно кричит он мне вслед.

Я молча обуваюсь и выхожу на лестничную площадку. Игнорирую лифт и сбегаю по лестнице, иду домой пешком. На самом деле не очень помню, как добираюсь до квартиры, но машины у подъезда нет — значит, оставил ее у дома брата.

Я ждал ее звонка в первых числах августа, телефон проверял каждый час — не дождался. Приехал, как освободился, но подходить не стал. Она счастливая шла в компании подруг с работы, аж светилась вся. Радостно ей без меня! Обещала позвонить, продинамила и веселится! Заревновал, уехал.