Улыбка получается натянутой, кукольной. Хорошо, что от меня особо ничего и не требуется. Сиди, понимаешь, украшай собой общество взрослых дядь и теть.

И как это раньше мне это все казалось нормальным?

А Немой ведь ждет… Сидит, наверно, в своей тачке  , на стоянке перед поселком, смотрит на горящие огни нашего дома. Его оттуда видно хорошо…

— Аля, ты что-то скучная, — папа внезапно обращает на меня внимание, — ты как себя чувствуешь?

Вот он, шанс!

— Честно говоря, не особенно хорошо, — я делаю самые несчастные глаза на свете, — я бы хотела… Пойти отдохнуть…

— Я провожу! — тут же вскидывается Олег, весь вечер не сводящий с меня внимательного взгляда.

Вот уж не надо мне этой радости!

Но возразить ничего не могу, не рассказывать прямо сейчас, при папином начальстве, внезапно приехавшем из столицы, родителях Олега, папиных друзьях и коллегах, что мы с этим придурком больше не пара?

Нет уж, не самый лучший момент для каминг-аута…

Я встаю, вскользь замечаю Мишкин острый взгляд, демонстративно вымученно улыбаюсь и, не дожидаясь Олега, а вообще, больше надеясь на его нерасторопность, иду к выходу.

— Милая, может, тебе принести чего-нибудь? — озабоченно спрашивает мама, привставая со стула.

— Нет, — торопливо отвечаю, выдавая еще одну улыбку, — нет, я просто хочу полежать… Наверно, перезанималась. Такая программа на третьем курсе сложная…

Солидные гости кивают, соглашаясь и улыбаясь ностальгически. Наверно, свои вышки вспоминают.

Затормозив из-за мамы, я в итоге вынуждена принимать знаки внимания от своего якобы жениха.

Он открывает дверь, трогательно поддерживает меня под локоток.

Прикосновения его отвратны до тошноты, скриплю зубами, но терплю.

Но сразу после того, как закрывается дверь, резко дергаю локтем, пытаясь вывернуться.

Олег, тут же превращаясь из заботливого няшки в злобного придурка, перехватывает крепче и силой тащит в сторону гардеробной.

Я сопротивляюсь.

Борьба происходит в полном молчании, потому что за дверью наши родители, этот ужин — не просто ужин, а что-то вроде растанцовки перед началом сотрудничества, и наши дрязги только напортят. Впечатление позитивное смажут.

Олег заталкивает меня в гардеробную, закрывает дверь, приваливается к ней спиной.

Я тут же резко дергаюсь, в итоге сумев вырваться, разворачиваюсь к нему, шиплю кошкой:

— Какого хера? Выпусти меня!

— А поговорить, малыш?

Блин, почему я раньше не замечала, какая у него мерзкая, лягушачья улыбка? А что я вообще раньше замечала?

— Не о чем! — отрезаю я, — и запомни, это последний раз, когда я терплю и прикрываю тебя. Если ты сегодня же не расскажешь своему отцу про нас, я расскажу своему.