Ты слишком хорошо владеешь этой магией для самоучки.

Не оборачиваясь, я ответила:

– Хорошо. Без сказок.

И больше ничего не сказала. Все мои мысли крутились вокруг обещания, которое я дала Ли-Ин. Эльфийский турнир... Это было мне на руку. Если вторым желанием Шияссы было найти отца, там у меня будет шанс. Он наверняка как-то связан с браслетом. И тот, кому предназначено украшение, подскажет, где его найти. Если его не казнили за передачу реликвии чужестранке. Да и в таком случае я смогу помолиться на его могиле и считать свой долг перед душой Шияссы выполненным.

Кажется, мои собеседники поняли, что отвечать я не намерена. Стэндиш раздраженно начал:

– Шиясса...

Но договорить ему не дали. В дверь коротко постучали. На пороге возник пожилой слуга, который доложил о том, что господин Аккеро желает видеть леди Гемхен.

Представитель Ордена святого Альбана выглядел уставшим. Светлые волосы встрепаны, под глазами залегли тени. Он ждал меня в небольшой уютной гостиной. Тонкие пальцы постукивали по ручке кресла. Я произнесла положенные приветствия и опустилась в кресло напротив. Стэндиш и Бейтан остались за дверью.

Следователь долго молчал. Взгляд скользил по моей фигуре, и в нем проглядывали остатки интереса. Затем он вытащил пачку бумаг, бросил на столик между нами и сказал:

– Подписывайте.

– Что это? – подозрительно спросила я.

– Читайте, – пожал плечами Аккеро.

Я взяла бумаги и торопливо пробежалась глазами по листам. И чем больше я читала, тем выше взлетали мои брови, и тем труднее мне было удержать на месте челюсть.

– Что это? – наконец, повторила я.

Следователь вздохнул и будничным тоном сообщил:

– Ваши свидетельские показания, леди. О том, что Фиррем пытался убить вас и герцога Бейтана. А когда его раскрыли, то барон устроил на кладбище форменное безобразие с помощью Тайджу и темной магии. И спасла всех ваша эльфийская магия, золотая искра, «творящая жизнь».

Он говорил правду. В документе не было ни слова о том, что я подняла мертвецов со всего кладбища с помощью некромантского призыва и сражалась катаной духа. Я молча макнула перо в чернильницу и вывела подпись. А затем подняла взгляд и спросила:

– И чего мне это будет стоить?

Я ожидала чего угодно. Но неожиданно Аккеро махнул рукой:

– Пока – ничего. Я уезжаю в столицу, чтобы доложить о произошедшем. Вернусь через пару месяцев, там и сочтемся. А пока...

Он достал из-за пазухи еще один листок и задал вопрос:

– Знаете, что это? Жалоба господина Гуасина на пропажу одной ценной вещи.

Я похолодела.

– И что же это за вещь?

– Некая шкатулка. Вы не поверите, леди, но кто-то использовал некромантию четвертого-пятого ранга, чтобы подменить ее мороком.

Я продолжала молчать, не отрывая взгляда от следователя.