– Что, Горошкина, будешь сегодня со своим ботаником любовь строить? – спросил Петька.

Ой, какой же дурачина!

– Угу, – сказала я, листая мамину книгу с рецептами. – Не все ж тебе одному романы крутить…

Петя сделал вид, будто не понял, о чем я.

– Вы хотя бы уже целовались? – не унимался он.

– Отвали!

– С языком?

Я захлопнула книгу.

– Слушай, ты чего-то больно болтливый стал! Птица-говорун!

Ксеня, как обычно, не принимала в нашей перепалке никакого участия. Тут в комнате появилась Света.

– Как насчет брюк? – продемонстрировала она светлый брючный костюм.

– Это такое сейчас модно? – удивилась я, рассматривая предложенный вариант. – Брюки такие широченные…

– От бедра! – пожала плечами Елизарова.

Петька подошел ко мне, по-свойски обнял и вдруг выдал:

– Скажи, Аленка, ведь недаром сейчас напялишь шаровары…

Я тут же оттолкнула его.

– Хлеб у нас с Царевой отбираешь? – Возмущению моему не было предела, ведь Петька наши стишки терпеть не мог. Но они нравились Свете… Неужели перед ней старается? Мы с Царевой вновь переглянулись. – Прям не узнаю тебя!

– Да, были Петьки в наше время! Не то что нынешнее племя! – рассмеялась Ксеня.

– Сейчас запомнит вся Россия Петра-говоруна! – проворчала я. – Серьезно, уматывайте уже отсюда! Сама со всем справлюсь…

– А макияж? – пискнула Света.

– Ты столько раз меня красила… уж что-то я запомнила! – запротестовала я.

Меня все это пугало. Чем дальше, тем запутаннее… Хотелось уже скорее покончить со всем. Решусь… Обязательно решусь рассказать сегодня Диме всю правду.

– Ладно, – вздохнула Елизарова. – Я там на кровати еще пару комплектов оставила… И аксессуары к ним!

– Разберусь! – нахмурившись, кивнула я.

Ксеня первой вышла за дверь. Петька, сидя на корточках, долго возился со шнурками на кедах. Краем глаза я увидела, как Света осторожно, чтобы никто не заметил, провела рукой по Петькиным светлым взъерошенным волосам. Он, опустив голову ниже, улыбнулся. А я отвернулась. Все ясно, вот какую игру они затеяли…

Интересно, и как сейчас эта компания разойдется? Ведь Петя и Ксеня живут в одном доме, то есть по идее они должны пойти вместе, а парню наверняка захочется проводить Елизарову.

Дождавшись, когда вся троица загрузится в лифт, я закрыла дверь и ринулась на лоджию, совсем позабыв про шмеля. Хотя он наверняка уже вылетел на улицу…

С высоты шестнадцатого этажа друзья казались совсем крошечными. Мне пришлось осторожно высунуть голову, чтоб разглядеть их лучше. Вот они остановились у того самого куста сирени, где я решилась поцеловать Диму… О чем-то недолго поговорили. А затем… разошлись в разные стороны. Каждый – в свою.