Только совсем иным способом — не залив внутрь души каждого несколько капель энергии Безды, а подсадив полноценного конструкта. Который, судя по всему управлял душой каждой марионетки, ловко манипулируя её желаниями.

Собственно, сложно сделать какие-то иные выводы, когда видишь, как по всему миру принялись полыхать тысячи подобных конструктов, вышедших на свободу и полностью перехвативших контроль над своими носителями. Похоже опыты с заточенной в пещеру Минервой дали свой результат — с мощью Бездны мой противник научился обходиться более чем ловко.

Каждый конструкт был искусно укрыт внутри человеческой души. Теперь же, когда их коснулись плетения артефактов Мьёльнира, те вылезли наружу.

На мгновения я даже чуть растерялся, не зная, как реагировать. А через секунд почувствовал Дарью, которая всё ещё была в Москве и занималась подготовкой алтаря к транспортировке, но смогла выйти на связь при помощи Сандала. Спутник выступил своего рода ретранслятором.

— Что за безумие происходит? Десятки источников непонятной силы, от которой прёт разложением. И твои артефакты с ней не справляются.

Естественно, царевна почувствовала создание Мьёльниром артефакторной сети. Но вмешиваться не стала, видимо решив, что мы дублируем систему защиты планеты. Либо просто подумала, что это не её дело. А сейчас поняла, что происходит нечто странное.

— Оставайся в Кремле! Не выходи за стены. Если будут атаковать, бей из-за них.

Вряд-ли Вьеран рассчитывал, что его потомкам придётся столкнуться с силой Бездны, что порождена ещё в Древе. Но его защита была достаточно мощной и гибкой, чтобы противостоять угрозе. Как мне казалось, в прошлый раз она продемонстрировала далеко не весь свой потенциал."

"Рюриковна принялась что-то отвечать, но я уже не слушал, перебросив задачу объяснения ситуации на крылатого спутника. А сам устремился к распахнутой двери, около которой до сих пор стоял лакей, объявивший о прибытии Анны Волконской.

Сама патрицианка была совсем недалеко — на террасе дворца, что вела во внутренний двор, вместе с сопровождающей свитой в родовых цветах. Но если все остальные были освобождены от силы Бездны, то внутри девы бушевал один из конструктов. Ближайший ко мне и потому наиболее удобный для изучения.

Вылетев из прохода, я притормозил, вливая силу в кольчугу и в меня сразу же впился взгляд смертной, чьи губы скривились в усмешке.

— Думаешь, сможешь остановить нас? Даже не мечтай, бог.

Последнее слово она произнесла так, как будто выплюнула. С изрядной долей омерзения. А я вдруг понял одну простую вещь — конструкты не просто взяли под контроль человеческие оболочки, чтобы использовать их в качестве опоры. Они вобрали в себя и души смертных. Полностью, без остатка.