На прикроватном столике лежала ленточка для волос, словно она сняла ее, прежде чем ложиться спать. Он взял ее и пропустил черный атлас между пальцами.

На верху лестниц показался Бутч.

Зед вскочил с кровати так быстро, словно он делал что-то нехорошее. Что было правдой. Ему не следовало находиться в личном пространстве Бэллы.

Но, по крайней мере, Бутч тоже не выглядел особо расслабленным с их последней встречи.

— Какого черта ты делаешь здесь, коп?

— Хотел еще раз взглянуть на место преступления. Но, смотрю, ты хорошо поработал бумажными полотенцами.

Зейдист бросил на него взгляд через комнату.

— Почему тебя этот так заботит? Что для тебя значит похищение какой-то там женщины?

— Это имеет значение.

— В нашем мире. Не в твоем.

Коп нахмурился.

— Извини, Зейдист, но учитывая твою репутацию, что тебе с этого?

— Просто делаю свою работу.

— Да, ну конечно. Тогда что ты делаешь у нее на кровати? Почему ты часами убираешься у нее в доме? И почему ты сжимаешь ленту так сильно, что у тебя побелели костяшки пальцев?

Зед взглянул вниз на руку и медленно ослабил захват. Потом он пристально посмотрел на человека.

— Не трахай мне мозги, коп. Тебе не понравится, если я отвечу тем же.

Бутч чертыхнулся.

— Послушай, я просто хочу помочь найти ее, Зед. Я должен… Это кое-что значит для меня, понятно? Я не люблю грубого отношения к женщинам. У меня есть своя история, завязанная на подобном дерьме.

Зейдист опустил атласную ленточку в карман и начал обходить Бутча, приближаясь к нему. Человек принял боевую стойку, готовясь к нападению.

Зед замер напротив мужчины.

— Вероятно, лессеры уже убили ее, так ведь?

— Возможно.

— Вероятно.

Зед подался вперед и глубоко вдохнул. Он не чувствовал страха, исходящего от человека, хотя его большое тело было напряжено и готово к бою. Хорошо. Копу понадобится мужество, чтобы играть в адской песочнице Братства.

— Скажи мне вот что, — пробормотал Зед. — Ты поможешь мне расправиться с лессерами, которые забрали ее? Не тонка ли у тебя кишка для этого, коп? Потому что… буду откровенным, я стану полным безумцем, когда дело дойдет до дела.

Ореховые глаза Бутча сузились.

— Они забирают у тебя — они забирают у меня.

— Я тебе никто.

— Ошибаешься. Братство хорошо отнеслось ко мне, а я прикипел к своим мальчикам, понимаешь?

Зед оценивающе взглянул на человека. Аура, исходившая от Бутча, была деловой. Он был настроен весьма решительно.

— Я не выражаю признательность, — сказал Зед.

— Я знаю.

Зед собрался с силами и протянул руку. Он чувствовал потребность подтвердить заключенную между ними сделку, хотя понимал, что прикосновение не понравится ему. К счастью, рукопожатие человека было легким. Будто он знал, как тяжело было Зеду выдержать телесный контакт.