Пленника своего он уложил не на сиденье, а на пол, между передними и задними креслами, чтобы иметь возможность при необходимости, обернувшись, нанести успокаивающий удар между передними креслами. А сам перебросил на переднее пассажирское сиденье свой автомат, перебрался на водительское место и развернул машину.

«Лексус» плавно сорвался с места и направился в обратную сторону…

* * *Капитан Максимов выслушал сообщение старшего лейтенанта Аношина и повернулся к подполковнику Бурлакову.

– Товарищ подполковник, машина возвращается. В ней один водитель. Пост бандитов от этого взволновался. Наблюдают и приготовили «переговорку».

– Уничтожить пост. Машину остановить…

Максимов придержал рукой микрофон «подснежника»:

– Третий! Уничтожить пост. Захватить «переговорку», доставить подполковнику Бурлакову, – команды звучали предельно ясно, и не менее ясной показалась следующая команда, отданная жестом отделению солдат, что залегло неподалеку.

Капитан двинулся по лесистому склону к дороге. Выполняя тихую команду, солдаты сразу двинулись за ним. Бурлаков бинокль поднял, чтобы все видеть. Но особо и смотреть было не на что, потому что машина явно уже притормаживала, желая остановиться неподалеку. Максимов вышел на дорогу, и из машины к нему вышел сам подполковник Тамаров, которого Александр Григорьевич сразу рассмотрел в бинокль. Обменявшись несколькими словами с капитаном, Тамаров сразу побежал вверх по склону как раз по направлению к Бурлакову. Солдаты в это время стали вытаскивать из машины связанного человека, видимо, водителя. Понимая, что у Артема Васильевича какое-то срочное сообщение, Бурлаков тоже заспешил навстречу…

* * *План действий Тамаров составлял на ходу. И начал без приветствия.

– Александр Григорьевич, у Кахира Лорсанукова здесь собралось семьсот восемьдесят человек необученных парней.

– И хорошо, что необученных.

– Он планирует захватить где-то автовокзал. Не знаю, где именно. Захват будут проводить еще две сотни бандитов. Самые опытные. И под прикрытием заложников двинутся к Рокскому тоннелю. Звони в Москву. Сообщи, чтобы срочно прикрыли ближайшие автовокзалы в Северной Осетии…

– Мне запретили звонки, – слегка растерялся Бурлаков. – Грузинская сторона выставила по границе радиопеленгаторы. Прослушивают разговоры. Кодированными фразами это тоже не сообщить… Что будем делать?

Тамаров задумался на несколько секунд.

– Мою трубку в Москве прослушивают?

– Обязательно. И трубку Бежуашвили тоже.

– Значит, уже знают номер Кахира. Я с трубки сообщил. Пусть узнают и номер Мовсарова…

– Придумал что-то?

– Кажется… Должно сработать…

Он достал трубку и отыскал в списке номер последнего абонента. Нажал клавишу вызова.