Элион держать язык за зубами не станет, да еще и все перевернет, так что я останусь виноватой. И тогда Ролдэн меня не пощадит.

— Послушай, сын, я принял решение и не собираюсь его менять! — ставит точку в разговоре Дайого, давая понять, что говорить больше не о чем.

Я отскакиваю от двери и оглядываю коридор. Мне нужно срочно куда-то спрятаться. Ролдэн сейчас выйдет и лучше бы, что бы он меня не видел.

Но коридор пустой: ни колон, ни кладовок здесь нет. Только тяжелые шторы обрамляют окна. Я прячусь за одной из них в конце коридора, в надежде, что Ролдэн пойдет в другую сторону — к лестнице, и меня не заметит.

Я слышу, как он выходит и со злостью хлопает ни в чем не повинной дверью. Потом я слышу его шаги, они постепенно стихают где-то в районе лестницы.

Я уже собираюсь выйти, как слышу голос Адоры, которая поднимается с одной из придворных дам по лестнице.

— … совершенно невоспитанная девчонка, — слышу я конец фразы. И, естественно, я знаю, о ком она говорит.

— Я такой не была, когда приехала в этот замок!

«Конечно же, — думаю я с сарказмом. — Ты-то сразу всё знала и была самим совершенством».

Я и в детстве не гнушалась добывать информацию таким способом, как подслушивание. Дайого как-то раз приехал к нам в гости один. Вечером он сидел в гостиной с моими родителями и рассказывал разные истории. Меня в гостиную не пустили, но я все же пробралась, когда про меня все забыли, и спряталась за диваном.

— Ой, помню, как в первый день, прямо после нашей свадьбы, Адора при всех гостях села мимо трона, — рассказывал тогда, смеясь, подвыпивший Дайого.

— Мне пришлось её ловить, чтобы она не оказалась ногами к верху! — Он захохотал еще сильнее.

Дайого совершенно не сердился на неё за неуклюжесть. А вот меня за такое Адора с Ролдэном сожрали бы.

— Она даже ленту переступить не смогла, — продолжает возмущенно говорить Адора кому-то.

Я злюсь на неё за такое лицемерие.

Наконец, я слышу, как закрывается дверь её комнаты и выхожу из своего укрытия.

Я осторожно подхожу к кабинету Дайого и прислушиваюсь, но там тишина.

Я приоткрываю дверь и вижу, что он сосредоточенно смотрит на какую-то бумагу, но явно ничего не видит.

Я осторожно вхожу, и он поднимает голову и тяжело вздыхает.

— Ты добавила мне седых волос, девочка.

Мне его жаль и хочется сказать, что я ни в чем не виновата, но я понимаю, что он это знает, и ему всё равно.

— Я из-за тебя поссорился с сыном. Ты это понимаешь?

Я киваю. Я не знаю, что сказать. Наверное, я зря пришла.

— Я знаю, что ты сказала правду. Ты несла кому-то хлеб… Да и царапины на его руках…

Дайого говорит сбивчиво и устало. Он явно до сих пор не знает, как же выйти из этого положения без потерь, хотя уже и принял решение."

"— Он не должен был так поступать.