Появилась цель — выяснить, есть беременность или я просто ошиблась.

Толчок к действию.

Я точно знаю, чем стоит заняться, и это придает уверенности в себе.

— Мне нужно сделать тест на беременность.

Глава 28

Он

— Как дела с Ксюшей? — интересуется Дима. — Собираешься к ней?

— Да, — отвечаю, не отрывая взгляд от бумаг. — А что? В чем дело?

— Ни в чем, — голос друга звучит немного удивленно. — Ты очень остро реагируешь, остынь. Просто переживаю за старого друга и босса. На тебя столько всего свалилось в последнее время.

— Да, ты прав.

Заставляю себя отложить ручку в сторону, у меня уже кисть ноет от подписывания бумаг. Накопилось куча всего, сложности на личном фронте. Я, ожидаемо, ударился в работу. Понимаю, что трудоголизм не избавит меня от проблем, не решит их ни на грамм, но все-таки убегаю в работу. Пока убегаю… Так проще игнорировать совесть, которая не дает покоя.

— Что с Давидом?

Вот опять.

Укол.

Болезненный укол.

— Пока ничего, — отвечаю скупо. — А чего ты хотел услышать, Дим?

— Илья, у тебя нездоровый вид. Ты почти не спишь. Хватит третировать себя и сотрудников. Они уже боятся попадаться тебе на глаза, драконишь всех по поводу и, в особенности, без повода!

— Думаешь, я на работе срываюсь?

— Дружище! — говорит Дима серьезным тоном. — Я не думаю, я знаю это. Вижу, как ты себя ведешь, и знаю, что за этим скрывается. Давай начистоту, что тебя гложет?

Дмитрий поднимается и машет мне рукой, мол, вставай."

"— Пошли. Уже слишком поздно. Ты на время совсем не смотришь, — говорит он. — Прогуляемся, в баре посидим, как в былые времена. Потрындим…

— Мне трындеж не поможет.

— А молчать поможет? Я недавно наткнулся на одну статейку и прочитал, что люди, которые замалчивают свои проблемы, игнорируют боль, уходят в работу, игнорируя сложности, в большей степени подвержены сердечным приступам.

Я поднимаюсь, хватаю пиджак. Выхожу следом за другом, но не могу его не обматерить:

— Да чтоб тебя! Хватит говорить мне о сердце, эта тема для болезненная, знаешь же!

— Знаю, — кивает Дмитрий. — Поэтому намеренно поднимаю самую муть со дна. Кто-то же должен…

— Кто-то же должен! — передразниваю. — Где ты был раньше?

— Рядом, — отвечает он честно. — И много раз тебе говорил, когда ты еще к сыну Карины бегал, чтобы ты определился. Ведь Карина эта всем видом старалась показать, будто вы спите. До чего прилипчивая… — жалуется. — Ни одну возможность оказаться рядом с тобой не упускала! Я от нее пострадал не меньше тебя.

— Что?! Что она сделала?

— Шучу я, шучу! Расслабься… Но, правда же, она проходу не давала твоим самым близким друзьям. Всеми правдами и неправдами на общие праздники старалась попасть. В последнее время это уже клиникой начало попахивать, честное слово. Я… — прикладывает руку к груди.