Наняла дневную няню, но денег хватит лишь на один месяц. Всё-таки я рассчитывала сразу устроиться на работу. А тут чужие злые тети и дяди вставляют палки в колеса моих планов.

Няня работает строго до 18.00. Сейчас я уже опаздываю домой. Она точно упорхнула, оставив моих одних.

Переезд в другой город – это всегда мини-катастрофа. Миллион нерешенных проблем для одного человека. А проблемы, помноженные на четыре - это коллапс!

Кто-то скажет, чего ноешь?

Сидела бы с тремя детьми в Артеме. Прекрасный город! Или езжай во Владивосток, там туча возможностей, для таких, как ты.

Но у меня есть свои веские причины для возвращения в Москву.

Люблю город.

Хочу для детей того будущего, которое не смогла достичь сама именно здесь.

Надеюсь получить работу мечты, чтобы заработать достаточно денег для покупки жилья.

Хочу состояться как специалист.

Через час приезжаю к старенькой пятиэтажке на окраине города.

Открываю дверь в квартиру. Пробираюсь через холл, заставленный коробками.

Сразу понимаю, что-то стряслось. Вонь несусветная. Коробки раскрыты. Вещи валяются то тут, то там.

До сих пор не успела распаковать короба.

Как не успела? Времени полно. Только вот вещи пока некуда складывать. Сначала надо найти работу, получить зарплату, закончить с ремонтом, купить шкаф. Только после этого вещам найдется местечко.

А пока как-то так…

Глава 4.2

Захожу в комнату. Она у нас одна единственная, с двумя двухъярусными кроватями, огромным окном.

Мы с Машей спим на втором ярусе. Майя и Миша – на первом. Создается ощущение, что всё время едешь в вагоне поезда.

Ничего! Это даже бодрит. Думаешь, что скоро доедешь до своего пункта назначения.

Бросаю взгляд на отодранные обои, лежащие на полу.

- Вашу Машу! – стон раздирает грудь.

- Агриппина Ильинична, - кричу, и лесное эхо поглощает мое нутро. Становится страшно.

С кухни раздается визг Маши.

Ну, очень бодрым шагом иду туда.

- О боги! – в ужасе смотрю на то, чем стали мои дети.

Все трое одеты в мои платья, на маленьких шеях красуются бусы, на тонких запястьях - браслеты, хрупкие ступни выглядывают из огромных туфель на каблуках.

Вычурнее всех одет… Миша.

Поворачиваю его к себе лицом.

- Господи! Кто тебя так?!

Тычет пальцем в сторону Маши. Та хихикает, ест руками пирог, облизывает пальцы, для пущей убедительности вытирает платьем.

Лицо Миши не узнаваемо. Красная помада, синие тени, черная тушь. На голове красная шляпка, на ногах красные туфли. В сером платье с красными бабочками.

- Ма-ша! – шиплю яростно, едва сдерживаясь. – Что это?

- А чего? – лупит на меня медовые глазенки, вытирает жирными руками светлые волосы.

- Думаешь, это нормальная игра?

- Мы играем в «Подиум»! – обиженно заявляет Майя.

- А ты помолчи! Вечно идешь у нее на поводу.