Такое желание еще более опасная штука, чем наше с ним ненормальное сексуальное влечение.

– Какой сейчас план? – спрашиваю я неловко, только для того, чтобы что-то сказать.

– Самолет в час ночи, а пока тут сидим или в гостишке, приводим себя в порядок, – отвечает Влад рассеянно и внезапно кладет ладонь себе на грудь. Чуть надавливает, морщится и шипит сквозь зубы: – Ссссука…

– Что? – вскидываюсь я.

– Да этот гандон же в меня врезался, когда я спиной в борт летел. Ну и дышать до сих пор больно. Думал, пройдет, но что-то нифига.

Я проглатываю извечное женское «А я говорила! Я тебе, блядь, говорила, что не надо было больше на лед выходить!» и предлагаю максимально спокойным тоном:

– Хочешь, осмотрю тебя?

И у Влада (вот же скотина!) еще находятся силы ухмыльнуться и протянуть низким хриплым голосом:

– Хочуууу… Но потом.

Сейчас надо дока найти. Пусть он глянет.

– А я?

– Отдохни, поешь, выпей кофе, – бросает он мне через плечо и идет к Дмитрию Петровичу, которого я вижу стоящим около тренера.

– Отдохни! – бормочу я себе под нос. Почему-то меня все это страшно бесит. – Сам, блин, отдохни! Я тебе ассистент или декоративная зверюшка, Багров? Хоть какая-то польза от меня должна быть, кроме того, что я трахаюсь с тобой каждый раз, когда тебе приспичит?!

Ответа нет.

Нет, он был бы, если бы я сказала это Владу, а не самой себе, но я же знаю: у меня духу бы не хватило это сделать. Особенно сейчас, когда он, с одной стороны, весь такой победитель, а с другой – раненый боец.

Я устало вздыхаю и иду искать кофе, не нахожу, поэтому отправляюсь в раздевалку. Там Влада уже нет. Наверное, они куда-то ушли с врачом. Зато здесь есть целая толпа вымотанных игроков, у которых нет сил даже зубоскалить.

Они молча сидят на скамейке и морщатся, потирая кто плечо, кто бедро, кто голеностоп. Игра была тяжелой не только для Влада, для всей команды. Каким бы он ни был крутым, это ребята давали ему пас и прикрывали спину. Это они защищали ворота и не давали шайбе влететь в них.

Так что сегодняшняя победа – общая. И сейчас я вижу цену этой победы.

– Вы молодцы! – звонко говорю я. – Это была невероятная игра!

– Спасибо, – Миша усмехается и хочет что-то сказать, но тут в раздевалку заходит гораздо более довольный жизнью двадцать третий номер (кажется, он все-таки Денис.

Блин, или Дима?) и говорит:

– Кто следующий на массаж?

– Я!

Миша тут же забывает про меня, торопливо встает со скамейки и исчезает в дверях.

И тут до меня доходит.

– Вы массаж все ждете?!

– Ну, – отзывается рыжий Серега. – Пиздец мышцы забились. Давно так не было. Везет Багрову, у него, считай, личный массажист есть.

Его поддерживают согласным гулом.

– Только ходит он все равно к Денису, – с неожиданной для себя обидой замечаю я.