Так что не мешай мне чувствовать себя богатой. Хотя бы до тех пор, пока я не расплатилась по кредитам и не оплатила бабушкин пансион.

Влад едва заметно хмурится, никак мои слова не комментируя, а я решительно иду к магазинчику. У каждого человека в день рождения должен быть торт и свечка, чтобы ее задуть. Даже если этот человек свои дни рождения не отмечает.

Купив все, что нужно, и спрятав это до поры до времени в свой рюкзак, я выхожу из магазина, а там меня уже ждет Влад. С охапкой роз.

И это действительно охапка, потому что он еле удерживает ее в руках.

Ярко-розовые, алые, кремовые, бордовые… Он что, выгреб для меня весь склад цветочного киоска?

Я растерянно подхожу к букету, даже не пытаясь перехватить его у Влада – меня бы просто засыпало розами! – и прижимаюсь лицом к цветочным головкам. Их лепестки холодные, плотные, свежие, а пахнут так нежно-сладко, как умеют делать только недавно сорванные розы.

– Ты с ума сошел? – я пытаюсь возмутиться, но в голосе против воли звучит восхищение. – Сколько их здесь? Сто?

– Я не считал, взял, сколько было, – хрипло говорит Влад, перегибается через свою ношу из роз, и целует меня.

Его губы горячие, жадные, его вкус – терпкий, мужской, и это такой резкий контраст с холодными лепестками и тонким цветочным ароматом, что у меня кружится голова, и я со стоном отвечаю, позволяя ему ласкать мои губы и играть с моим языком. Порывисто прижимаюсь ближе и ойкаю, напоровшись на шипы роз, про которые совсем забыла, пока целовалась с Владом.

– Черт!

– Они колючие, – с усмешкой подтверждает Влад. – Я уже все руки себе исцарапал."

"Его голос звучит спокойно, но в глазах бушует настоящий ураган.

Зрачки почти поглотили холодную серую радужку, и теперь его взгляд кажется пропастью, той самой бездной, в которую хочется вглядываться и которая так притягивает.

– Тогда… – у меня порочно хриплый голос, и приходится откашляться, чтобы дальше говорить: – Мы пойдем… к тебе?

– Ко мне, – коротко подтверждает Влад, и в его глазах вспыхивает такое пламя, что у меня томительно-сладко тянет в низу живота. – Достанешь ключи? Они в боковом кармане куртки.

Я лезу в его куртку, ныряю ладонью в теплый, нагревшийся от близости к телу карман, нашариваю там ключи, и это почему-то кажется мне очень интимным…Интимнее, чем секс.

Внутри все плавится горячей карамелью, но потом я снова напарываюсь на колючки своего коварного букета, чертыхаюсь, сунув палец с выступившей капелькой крови в рот, и это меня немного возвращает на землю.

Немного.

Ровно до того момента, как мы преодолеваем один лестничный пролет, и я неумело отпираю дверь его квартиры длинным металлическим ключом.