Через полчаса парень, красный как рак, сползает с моей кушетки, с удивлением трогает ноги и крутит мощной шеей.

– Охренеть! Спасибо.

– На здоровье, – улыбаюсь я. – Надеюсь, что помогла.

– Очень. Я после тренировки тоже к вам приду. Меня Миша зовут.

О, так вот кто это был – Михаил Елисеев. Вратарь. Неплохо.

Все же не зря я перед тем, как устраиваться сюда, изучила имена ключевых игроков.

– Конечно, приходите, – я мою руки, провожаю игрока за дверь и вижу, что в коридоре уже человек пять-шесть.

– Бля, а мы думали, чего это Мишка стонет так громко! – тут же весело орет какой-то рыжий игрок, очень юный с виду. – А он там с милой девушкой завис. Мишаня, а жена-то в курсе?

Остальные игроки гогочут, как пятиклассники, и я закатываю глаза. Честное слово, мальчишки всегда мальчишки. Даже если они топовые хоккеисты.

– Девушка, а девушка, а можно я к вам? – не успокаивается рыжий. – Мне нужно стресс снять, а это могут сделать только ласковые женские ручки!

Мы с Мишей синхронно фыркаем.

– У этой милой девушки стальные пальцы, – басит он уважительно. – Размяла прям как надо.

Вот уважаю таких, как Миша, которые способны признать профессионализм женщины, даже если до этого в нем сомневались.

– Капец вы меня интригуете, надо и мне попробовать, – рыжий бесцеремонно заходит в мой кабинет. Даже дверь, нахал такой, не закрывает. – Разрешаю тебе сделать мне хорошо, малышка!

Но не успевает он лечь на кушетку, как из коридора раздается ленивый, будто тягучий голос Багрова.

– Серега, ты бы лучше на раскатку шел, вместо того чтобы булки мять. Тебе лет-то сколько, что без массажиста уже на тренировку не сходить?

И рыжий парень вдруг краснеет.

– Девятнадцать, – неловко бурчит он.

– Я в твои годы даже слово «массаж» не знал, – презрительно цедит Багров.

– Такой маленький словарный запас был? – не удерживаюсь я. – А потом откуда узнали? Фанаты словарь подарили?

В коридоре сдавленно ржут игроки. Вот им развлечение перед тренировкой!

Стальные глаза Багрова вспыхивают огнем, и он переступает через порог.

– Свалил, – коротко приказывает он рыжему Сереге, и тот без единого звука покидает мой кабинет, заботливо закрывая за собой дверь.

Мы остаемся с Багровым вдвоем, и мне вдруг становится так жарко, словно температура воздуха поднимается на несколько градусов.

Он молча стягивает с себя тренировочный свитер, и у меня пересыхает в горле. Уж на что я много работаю со спортсменами, но такой шикарный торс вижу впервые. Трудно поверить, что я его трогала. И что он меня… трогал. Это все осталось в угаре и дымке той ночи, и я была уверена, что никогда в жизни не встречусь с тем, кто трахнул меня в вип-кабинке закрытого клуба и вдобавок оставил мне деньги, приняв за проститутку.

– Шею, – коротко приказывает он и ложится на кушетку.