Ребенок от Тагира, а молодая женщина ищет у него защиты — что тут удивительного, особенно зная, какая гнида ее муж?

— Значит, эта сладкая парочка спелась и даже на медовый месяц забила, — просипел он, не давая злости заполнить себя до краев. Если к Мансурову Арсен испытывал холодную, расчетливую ярость, то в отношении к Агате примешивалось стойкое отвращение.

— Выходит так, Арсен Павлович. Я поспрашивал докторов, там желательно было точно рассчитать подходящее время для… — Алексей нерешительно замялся.

— Они правильно рассчитали, я попал с первого раза, — процедил Ямпольский.

— Да, теперь Мансуров получил хороший рычаг давления на вас. Мы шерстим все, но его пока не нашли, хорошо прячется, сволочь.

— Думаю, они хотят сначала родить, а потом уже брать меня за яйца, — задумчиво сказал Арсен. — Осталось понять, зачем Агата прислала мне эти фото.

— А что, если это не она? — озарило Лешу.

— Тогда все еще интереснее… Давай, ищи, Леш, я не собираюсь ждать, пока ребенок родится.

Глава 3

Одиннадцать лет назад

— Что ты заладил, Арсен, чмошник, чмошник, — поморщился Ринат, глядя на сидящего напротив Ямпольского, — у каждого свой бизнес.

— Потому что твой Саркис — чмошник, — ответил Арсен, наклоняясь над столом, — а бизнес бизнесу рознь.

Они с Маркеловым встретились за обедом в только открывшемся итальянском ресторане. Арсену нравилась итальянская кухня, а Ринат тот и вовсе был непривередлив в еде. Но марку держал и рестораны посещал самые дорогие. Ну и приличные, конечно же.

— Тебе что не так? Если люди готовы покупать, то им надо это продавать, Арсен, спрос рождает предложение, разве тебя не этому учили в институте?

— Ну не девственностью же торговать, Ринат! И не на аукционе! — Арсен подумал и подцепил вилкой еще одну полоску хамона.

— Бабы испокон веков ею торгуют, — кряхтя, возразил Маркелов. Он отодвинул тарелку и откинулся на спинку дивана. — Хорошо-то как, прилечь бы сейчас… Удобные, кстати, у них диваны. Ты вот с другой стороны посмотри, Арсен. Это нам хорошо, мужикам, а представь, что ты баба, да еще и не очень умная, как на свете жить?

Ямпольский представил и поморщился.

— Как-то бы жил, — буркнул он, — но вот так, напоказ, когда за тебя ставки перебивают? Как за вещь?

— То есть, содержание тебя не коробит, тебя возмущает форма?

Арсен задумался. Пожалуй, Ринат прав. Против борделей, где торговали и девственностью в том числе, он так не выступал. Наверное, потому что там было все привычно и понятно?

А вот новый бизнес Саркиса Арутюнова вызвал у Арсена-Шерхана лишь брезгливость. Аукционы, на которых лотами выставлялись девушки, по собственному желанию решившие расстаться с девственностью, но не желавшие делать это бесплатно.