В почти сонной тишине можно было услышать лишь тихое потрескивание коры да изредка крик пролетающей мимо сойки. Лес казался заколдованным, погруженным в глубокий зимний сон. В этой тишине и уединении было что-то притягательное, что-то, заставляющее забыть о суете и проблемах внешнего мира.

Тропинка, ведущая к хижине охотника, была едва заметна под толстым слоем снега. Я прошла под тяжёлыми ветвями и, оказавшись на поляне, сразу увидела вьющийся из трубы дымок. Значит, хозяин дома.

Дон Ивэн точил охотничьи ножи, сидя у очага. Он поднял голову, когда я переступила порог, и улыбнулся.

– Наконец-то ты пришла, леди. Долго же тебя не было.

– Слишком много всего навалилось, – я присела напротив. Волчья шкура, лежащая на стуле, была тёплой от жара, исходящего от камина. – Вы разведали обстановку по ту сторону реки?

– Ты всё-таки не отказалась от своей идеи найти сокровища Норфолков? – усмехнулся охотник.

– Сейчас они нужны мне ещё больше, – я вспомнила глаза Брюса. В них плескалась нежность, от которой сжималось сердце. Ради этого стоило идти до конца.

Глава 75

Мы с охотником договорились идти на поиски клада этой же ночью. Дон Ивэн рассказал, что оставшиеся без главаря разбойники стали разбегаться. Но некоторые всё ещё оставались в лагере. Ведь там было куда комфортнее пережить зиму, чем искать новую банду или перебиваться разбоем на дорогах.

Естественно, я ничего не собиралась рассказывать домочадцам, предвидя их реакцию. Поэтому выбираться из дома мне снова пришлось через окно.

Охотник ждал меня внизу. Дон Ивэн даже принёс с собой лыжи для удобства передвижения. Они отличались в моём мире тем, что были разными по размеру. Той, что длиннее, полагалось скользить по снегу, а короткой – отталкиваться. В этих лыжах был загнут не только носок, но задняя часть. Причём на неё был подбит мех, препятствующий обратному скольжению. Ещё охотник принёс баночку с гусиным жиром, чтобы смазать открытые участки кожи.

Стояли сильные морозы, и эта ночь не была исключением. Сугробы отражали холодный лунный свет, искрились, вспыхивая то тут то там голубоватыми огоньками. Тишина стояла такая, что слышался шорох падающего снега с еловых лап.

Мы миновали гарнизон, перешли реку на самом мелководном участке, обойдя полынью, и остановились отдышаться на другом берегу.

– Пойдём вдоль берега реки до того места, где она впадает в озеро, – сказал охотник. Его ресницы покрывал иней, а изо рта вырывались плотные клубы пара. – Леди, ты не замёрзла?

– Нет, – я тихо засмеялась, чувствуя, как мороз щиплет щёки, спрятанные под шарфом. – Разве можно замёрзнуть в таком одеянии?

Меховая куртка Дона Ивэна, которую он мне дал, была очень тёплой, так как состояла из двух слоёв. Один был мехом вовнутрь, а второй – мехом наружу.