Нила это расстраивало и поражало одновременно. Зная, что на поле Аарон вполне нормально взаимодействует с товарищами по команде, Нил не мог взять в толк, отчего он так пыхтит сейчас.

После того как тренер вернул Рене на ее законное место в воротах, Эндрю требовалось продержаться без таблетки только первый тайм. Он принял лекарство в перерыве, и его действие еще не закончилось. Бо́льшую часть бурной энергии Эндрю тратил на свою же компанию и на Рене. В отличие от брата, он удостаивал ответами Мэтта или Даниэль, когда те о чем-то его спрашивали, однако отвечал односложно, почти грубо и неизменно переводил стрелки на кого-нибудь другого.

Если бы не Николас, этот ужин стал бы самым неловким в мире. Угрюмость кузенов приводила Ники в отчаяние, и он изо всех сил старался подружиться с остальными членами команды. Он болтал без умолку, как будто у него внезапно проявилась аллергия на тишину. Едва разговор угасал, Ники подбрасывал новую тему. Рене, Дэн и Мэтт с удовольствием ему подыгрывали, а вот раскрутить Кевина и Элисон оказалось сложнее. Нил предпочитал молча наблюдать за всеми со стороны, но, поскольку идея общего праздника принадлежала ему, он чувствовал себя обязанным хоть как-то помогать Ники.

Лисы уже перешли к десерту, когда запал Эндрю начал заметно иссякать. От Нила не укрылись любопытные взгляды, которые старшекурсники бросали на Миньярда. Конечно, они знали про синдром отмены, но всегда видели его сквозь дымовую завесу игры. Сейчас от медленного перехода Эндрю в состояние ломки их не отвлекало ни поле, ни соперник. Элисон еще в середине недели предсказала, что Эндрю не продержится без таблеток до утра, поэтому Нил решил предупредить товарищей о его пристрастии к «крекерной пыли».

В сочетании с алкоголем она смягчала ломку, но вести себя Эндрю начинал еще жестче и агрессивнее, чем обычно.

Заметив внимание старшекурсников, он хитро ухмыльнулся и двинул Кевина локтем в бок. Тот поерзал на сиденье и сунул руку в карман. Таблетки в пластиковом пузырьке перекатывались так тихо, что Нил и не расслышал бы звука, если бы не реакция Эндрю. Взгляд, которым он сверлил руку Кевина, буквально прожигал насквозь, так что Нилу захотелось отодвинуться.

С явным усилием Эндрю поднял глаза и посмотрел Кевину в лицо. Медленная улыбка, искривившая его губы, подсказывала, что мутный морок лекарства рассеивается, а от предложения Кевина он не в восторге.

– Не заставляй меня делать тебе больно, – предупредил он. – Не хочу залить мороженое кровью.

Кевин пожал плечами и вытащил пустую руку из кармана. Старшекурсники по другую сторону стола молчали. Что произошло, они не поняли, но отчетливо расслышали угрозу Эндрю.