— Но как бы нам не пропустить время, когда нам нужно явиться на аудиенцию к королю.

— К королю нам велено явиться к семи часам вечера. К концу приема посетителей, — объяснила ей Кэт. — А до этого времени мы совершенно свободны.

Впрочем, как выяснилось, она несколько ошибалась. Уже через два часа после того, как подруги поселились в новехоньком роскошном отеле, в котором было решительно все и который и в самом деле назывался «Четыре звезды», к ним в номер постучали. Грей, которого подруги протащили с собой, зарычал, а потом завилял хвостом.

— Там кто-то знакомый, — прошептала Юлька, радостно бросаясь открывать дверь.

Неизвестно, кого она надеялась увидеть, своего блудного мужа или Ганса, примчавшегося к ним на выручку из самой Германии, но только на пороге их номера возник Смайл собственной персоной. Вид у него был еще тот. Одежда была в пыли. Глаза воспалились и горели недобрым огнем, волосы топорщились, а грудь ходила ходуном, словно Смайлу не хватало воздуха. Вдобавок от него здорово разило перегаром. Он молча отстранил Юльку и прошел в номер. Следом за ним появился хозяин грузовика и орнитолог. Все трое мужчин расположились в номере у подруг, словно у себя дома.

И первое, что они сделали — немедленно опустошили бар под одобрительное повизгивание Грея.

— Трудненько было добраться сюда после того, как вы угнали машину у моего друга, — это была первая фраза, которой удостоил Смайл подруг.

Перед тем, как заговорить, он выпил пять бутылок пива, но не было заметно, чтобы он особенно подобрел.

— Вы хоть понимаете, что совершили преступление? — спросил он. — Даже целых два. Во-первых, угнали чужую машину, а во-вторых, похитили человека.

Подруги молчали, все еще приходя в себя от неожиданного визита своих друзей.

Они как-то не думали, что те сумеют найти их след.

— А чего его было искать? — ответил Смайл на робкий вопрос Юли. — Как только я очухался от того виски, которым вы усердно поили меня весь вечер, и узнал, что машина угнана, а Воду пропал, то сразу понял, что вы каким-то дьявольским образом склонили парня к тому, чтобы он отвез вас в Вауки.

— Мы ехали сами, — возмутилась Мариша. — Воду только показывал нам дорогу. И никакой дьявольщины в этом нет. Просто у парня не было другого выхода.

Мы обещали скормить его муравьям.

Смайл кинул на нее такой взгляд, словно и сам был не против скормить ее муравьям или разобраться с ней по-мужски, но сдержался. Верней, его удержали орнитолог и владелец грузовичка. Но рот они ему заткнуть не могли.

— Расселись тут, — продолжал негодовать Смайл. — Тюрьма по вас плачет. Вы же преступницы! Как я сразу не понял, с кем связался!

— Не надо тут бить себя пяткой в грудь! — рассердилась Мариша, очень кстати припомнив вошедшую в века фразу Великого Комбинатора.