Он остановил меня, когда я хотела последовать за Джианной в ее комнату. Я не желала оставлять ее одну. И сама не могла остаться в одиночестве.

— Ты слышала, что сказал твой отец.

Я посмотрела на Умберто.

— Мне нужно помочь Джианне с губой.

Умберто покачал головой.

— Это невозможно. Когда вы вдвоем в одной комнате, это всегда сулит беду. Считаешь, разумно сегодня еще больше злить вашего отца?

Умберто закрыл дверь комнаты Джианны и мягко подтолкнул меня в сторону моей, соседней.

Я шагнула внутрь, затем повернулась к нему.

— Комната, полная взрослых мужчин, которые смотрят, как один из них избивает беззащитную девушку, это ли знаменитое мужество мужчин мафии?

— Твой будущий муж остановил твоего отца.

— От удара для меня, не Джианны.

Умберто улыбнулся, как будто я была глупым ребенком.

— Лука может господствовать над Нью-Йорком, но это Чикаго, и твой отец - Консильери.

— Ты восхищаешься Лукой, — сказала я недоверчиво. — Ты видел, как он отрезает палец Раффаэле, и восхищаешься им.

— Твоему двоюродному брату повезло, что Тиски не отрезал ему что-то еще. Лука сделал то, что сделал бы каждый мужчина.

Может быть, каждый в нашем мире.

Умберто погладил меня по голове, как будто я была обожаемым котенком.

— Иди спать.

— Ты будешь охранять мою дверь всю ночь, дабы убедиться, что я не сбежала? — спросила я с вызовом.

— Лучше привыкать к этому. Теперь, когда Лука надел кольцо тебе на палец, он сделает так, что ты всегда будешь под охраной.

Я захлопнула дверь.

Под охраной. Даже издалека Лука будет контролировать мою жизнь. Я думала, что до свадьбы она будет привычной, но как это возможно, когда все знают, что означает кольцо на моем пальце? Мизинец Раффаэле был сигналом, предупреждением. Лука заявил на меня права и будет отстаивать их.

Я не погасила свет той ночью, беспокоясь, что тьма принесет образы крови и отсечения конечностей. Однако, несмотря на свет, они все равно пришли.

ГЛАВА 3

Клубок дыма вырвался изо рта. Даже толстое пальто не могло защитить меня от зимы Чикаго. Снег хрустел под моими сапогами, когда я шла за матерью вдоль тротуара к кирпичному зданию, в котором находился самый роскошный свадебный магазин на Среднем Западе. Умберто был моей незримой и постоянной тенью. Другой солдат моего отца шел последним, за моими сестрами.

Вращающиеся латунные двери позволили нам войти в ярко освещенную внутреннюю часть магазина, где хозяйка и ее два помощника сразу поприветствовали нас.

— С Днем рождения, мисс Скудери, — пропела она."

"Я заставила себя улыбнуться. Мой восемнадцатый день рождения должен был стать праздником. Вместо этого он означал лишь то, что я еще на шаг приблизилась к свадьбе с Лукой. Я не видела его с той ночи, когда он отрезал палец Раффаэле.