Теперь у него не осталось никаких сомнений, что Меч-Кладенец, обаятельный тиранозавр ушедшей эпохи, нажал на все кнопки, до каких мог дотянуться, быть может, и не в одном только Шантарске – даже сейчас в столице сидели на хороших постах отпрыски его былых друзей и родственники родственников. Сталинские византийцы искусством интриги владели с виртуозностью, превышающей понимание потомков…

В финале он заявил, что протокола подписывать не будет. Даша без возражений отстала. Старички тоже было решили не оставлять своих автографов на гнусной бумаге, но Родион им заявил: наоборот, им, как честным и беспристрастным свидетелям произвола, надлежит соблюсти законные формальности…

Интересно, на каком основании рыжей удалось выцарапать у прокурора ордер на обыск? Пожалуй, он не возражал бы против долгого допроса – не помешает узнать, что ей известно. Увы, когда почти все из ее банды улетучились, она принялась надевать плащ с таким видом, словно Родиона не существует вовсе.

– Я что, опять убил кого-то? – спросил он громко.

И невольно залюбовался ею – красавица, умница, великолепно владеет собой. Идеальная была бы напарница…

– Ну что вы, Родион Петрович, – сказала Даша, стоя к нему вполоборота. – Строго говоря, к вам этот обыск не имеет отношения. У прокуратуры были основания подозревать, что смерть вашей жены связана с чем-то незаконным, хранившимся у вас дома… Извините, я вынуждена изъять принадлежавший вашей жене газовый пистолет, поскольку он был зарегистрирован на ее имя, а у вас нет разрешения. Вы можете таковое оформить в установленном порядке, и тогда пистолет вам вернут как наследнику…"

"– Оставьте себе, – сказал он. – А то еще обидит кто-нибудь…

– Меня трудно обидеть, Родион Петрович, – отозвалась Даша, не глядя на него. – Многие в этом убедились… Кстати, мы вчера задержали одного молодого человека, давшего интересные показания…

– А доказательства у вас есть?

– Увы, нет. – Она повернулась к нему, глядя столь же бесстрастно. – Боюсь, некто, будучи вызванным на допрос, заявит что-нибудь вроде… – Она на миг задумалась. – Скажем, что мстил ветреной красотке, однажды явившейся к нему домой в самом сексуальном виде и вступившей в интимную близость, а потом отказавшейся таковую продолжать…

Они с чуть заметными напряженными улыбками смотрели друг другу в глаза – прекрасно друг друга понимали, видели насквозь. Но не могли причинить друг другу ни малейшего вреда…

«Умна, стерва», – мысленно похвалил Родион.