– Интересно, кто ее спутник?

В этот момент мужчина обернулся, и я удивленно воскликнула:

– Да это же дядюшка Ирвин!

И точно. Разодетый по последней моде, помолодевший на несколько лет, дядюшка выглядел таким франтом, что мне в голову пришло совершенно немыслимое предположение. Неужели мои упрямцы все-таки поженились?

– Тебе не кажется, что, пока нас не было, тут многое изменилось? – задумчиво спросил Джеймс.

Ответить я не успела. Ребс остановился, дверца открылась, и в нее просунулась лохматая голова Ваеда.

– Добро пожаловать домой, лорд и леди Кейн, – широко улыбнулся он. – Доставил, как и обещал.

Джеймс первым вышел из ребса, помог мне спуститься, и обернулся к оборотню.

– Мы благодарны тебе, Ваед, – сказал он и, сунув руку в карман, достал несколько золотых монет.

– Не нужно, милорд, – покачал головой оборотень. – Лучше пусть миледи меня отблагодарит по-своему, у нее это хорошо получается.

– Удачи тебе, Ваед, – от души пожелала хвостатому.

– Спасибо, миледи. Пусть тень вашей жизни будет длинной. Если захотите увидеться с оставшимися в Старом Уэстене друзьями, только позовите, мигом домчу! – весело ухмыльнулся Ваед, и его желтые глаза лукаво блеснули. – Хэй! – выкрикнул он, понукая лошадей. – Пошли, бедовые!

Ребс дернулся, заскрипел и медленно поехал в сторону Коннер-роу, открывая нам обзор на происходящее перед особняком.

А там было на что посмотреть.

Пока мы прощались, к дяде Ирвину и Ильде присоединились новые действующие лица.

– Господин Джобс, – услышала я голос Долли Марчем. – А что это здесь происходит? Неужели это правда, и вы действительно женились?

Главный рупор общественности малость задыхался. Могучая грудь ходила ходуном, полные щеки раскраснелись от быстрой ходьбы и от жадного любопытства.

– Так и есть, госпожа Марчем, – весело ответил дядюшка, и я не узнала его голос. Да и самого дядю Ирвина узнавала с трудом. Казалось, он помолодел на несколько лет и выглядел настоящим респектабельным господином.

– Но как же так? Ни оглашения в церкви, ни приготовлений, ни пышного обряда. Такое событие прошло незамеченным!

Марчем осуждающе покачала головой, но дядюшка с Ильдой – а точно ли это Ильда? Моя прежняя служанка уже сто раз отбрила бы Долли! – не стали вступать в диалог и скрылись за воротами особняка.

– Какое неуважение! Какая невоспитанность! Совершенно невозможные… – Марчем не договорила. – Что, Гвинерва? – обернулась она к одной из сестер. – Говори громче, ничего не пойму!

Госпожа Хьюз что-то сказала, и Долли стремительно повернулась в нашу сторону.

– Матерь Божья! – выдохнула старая сплетница, и глаза ее удивленно округлились. – Не может быть!

Она застыла, разглядывая нас с Кейном, а мой муж, улыбнувшись, приподнял шляпу.