Именно ее какая-то природная гордость и сила не дали ей пойти по стопам ее матери, портовой, хоть и элитной, но все-таки шлюхи, тогда как многие предлагали ей именно этот путь. И именно все это помогло ей выйти в люди, добившись всего самостоятельно.

И, по крайней мере, тут на станции, да и в ее ближайших окрестностях, это знали все, ну или практически все. И если этого кто-то не понимал, она всегда готова была отстаивать свое право и свою свободу любыми доступными ей средствами и способами. И она это делала уже не один и не два раза. Правда, это был как раз один из тех случаев, когда о ней не слышали.

И да, она не ошиблась, к ней пришёл аграф.

Он совершенно равнодушно обвел холл помещения своим ничего не говорящим холодным взглядом. И даже не заметив ее, огляделся. После чего, видимо, не увидев ничего интересного, со скучающим лицом уставился на один из выставочных образцов, стоящих рядом.

«Столичный жлоб», – прокомментировала она про себя его поведение. Ведь чистокровные аграфы свысока смотрели на таких, как она, полукровок.

Зато пришедший вместе с аграфом весь какой-то порезанный и еле сшитый чел сразу просек, что все это может значить, и даже с каким-то уважением, как показалось девушке, посмотрел в ее сторону. А возможно, она ему просто приглянулась, как и многим другим до него.

К сожалению, по его порезанному и мало что выражающему лицу тоже ничего понять было практически нельзя."

"«Мужики, – мысленно чертыхнулась полукровка, – да еще и бабу какую-то с собой привели, – посмотрела она на жмущуюся к аграфу пиирку».

Между тем Тырк увидел ее. Хотя как ее можно было не заметить, стоящую в одиночестве, посреди пустого зала, она не понимала.

– Релая, сестренка, привет, – произнес, совершенно не подумав, ее не слишком сообразительный братец.

– Идиот, – ругнулась она сквозь зубы.

Но к ее удивлению, чела это совершенно не смутило, хотя даже она бы заподозрила неладное или какой-либо сговор в подобном случае.

Однако тот лишь удивленно посмотрел сначала на нее, а потом и на Тырка, будто стараясь понять, правда ли она его сестра? И неудивительно. У них была одна мать, но разные отцы.

Тырк был чистокровным троллем, мощным и крупным, а ее отцом, как говорила мать, был какой-то заезжий аграф. И поэтому Релая унаследовала его утонченные черты лица и больше походила на обычную аграфку. А это часто служило причиной многих ее проблем и конфликтов, как в прошлом, так и сейчас. Как болтал ее неугомонный брат: «Такую красотулю, да еще с таким приданым, многие бы хотели прибрать к рукам, ну или к чему более подходящему». Ему эта шутка казалась очень смешной. Ей же нет. За что тот всегда и огребал.