Но девочка не оправдывает мои ожидания.

— О чем вы говорили? — стараюсь быть спокойным и не выдавать своего раздражения.

— С кем? — спрашивает она, хотя понимает, о ком я говорю. Стискиваю челюсть и молчу, пытаясь не сорваться. Какого хрена, всегда искренняя и открытая Злата строит из себя дуру, не желая отвечать на мой простой вопрос?!

— Мы говорили об учебе, — выдает она спустя несколько минут напряженного молчания. Она замолкает, начиная нервно теребить подол своего короткого василькового платья. Торможу возле супермаркета рядом с нашим домом, прикуриваю сигарету, выпускаю дым в отрытое окно.

— Злата, не зли меня, рассказывай."

"— Ну… Я.… — когда девочка волнуется, она всегда заикается или говорит невнятно, и это еще больше напрягает. Но я терпеливо жду, когда она соберется и выдаст мне информацию.

— В общем, он не допускает меня к экзамену.

— Причина?

— Я не знаю. Он устроил какой-то не понятный спектакль. При всех перевернул все работы и сказал, что я не сдавала ему кучу работ. А я сдавала. Я все сдавала! — уже обиженно и эмоционально произносит она. — Но он нагло заявил мне в глаза, что моих работ нет, приказал выйти из аудитории, чтобы не мешала ему, а заняться учебой.

— А на стоянке он…? — не договариваю, позволяю ей продолжить фразу.

— А на стоянке он сказал, что если я утверждаю, что делала все работы, то тогда мне не составит труда предоставить их ему завтра. Но это не реально за полдня написать кучу работ, — ее голос срывается от обиды. Ублюдок. Мужики так не поступают. Но этот «недомужик» решил отыграться на девочке, пользуясь своим положением, действуя подло, исподтишка. — И я теперь не знаю, что мне делать. Давай быстрее зайдем в магазин, купим, что надо и поедем домой, я попытаюсь восстановить хотя бы половину работ, — ее голос становится тише, а на ясно голубых глазках наворачиваются слезы обиды.

Обхватываю ее лицо, глажу щеки, скулы, не позволяя ей заплакать.

— Не надо ничего сдавать. Завтра все будет хорошо и все твои работы найдутся, — ласкаю ее нежное лицо и вижу протест в ее глазах.

— Яр… Не надо. Это мои проблемы, и я с ними справлюсь сама, — решительно заявляет она.

— Нет, девочка моя, — обхватываю ее подбородок, вынуждая смотреть в глаза. — Все твои проблемы теперь решаю я.

— С каких это пор? — дерзко произносит она, вызывая мою злобную усмешку.

— С нашей первой встречи, там, на крыше, — Злата сглатывает и меняется в лице. Да, моя хорошая, не стоит забывать, кто я такой. Она пытается вырваться, но я не позволяю.

— Яр, не трогай его. Он может пойти в полицию и тогда…. Думаю, тебе не нужны такие проблемы, — я вновь слышу ее очень громкое сердце, которое начинает сильно стучать.

— Не бойся. Убивать и калечить я его не собираюсь, — я не позволяю ей ответить или возразить.