Мы были знакомы, отец представил несколько недель назад за ужином в ресторане. Отличалась Светлана от бывших мачех тем, что была лет на пятнадцать старше последних. Миниатюрная, словно фарфоровая статуэтка. Невысокого роста, зато все свое — натуральное. Взгляд цепкий, меркантильный. Такая же хищница, как и другие. Еще и дочку учит, как лучше устроиться в жизни. Посмотрим, как они будут на меня брачный аркан накидывать.

Во время церемонии продолжал внимательно наблюдать за девчонкой, за каждой ее эмоцией. Уставала долго держать ангельское выражение на лице, иногда закатывала глазки или кривила губы, слушая особо сентиментальные слова ведущей. У меня была такая же реакция, но я умел держать лицо, и никто по мне не скажет, что это наискучнейшая церемония, не вызывающая ничего кроме зевоты.

— Ты обиделся? — рука Оли опустилась на мое колено и поползла вверх. Женщины, как кошки — все чувствуют. Вот и Оля чувствует, что скоро мы разбежимся.

— Я никогда не обижаюсь, Оля. Я не баба. Идем, что-нибудь выпьем и поздравим… молодых, — на последнем слове ухмыльнулся…

* * *Артем

Олю отправил домой на такси за час до конца тождества. А ведь в планах была незабываемая ночь, но что-то настроение пропало. Девчонка куда-то вечно исчезала, появилась пару раз — взяла кусок торта да принесла телефон матери. Хотел проследить, что она делает в доме, но двери в комнату были закрыты. Она ведь должна пытаться меня охомутать, а вместо этого прячется. А ведь было бы интересно…

После церемонии, поздравлений, скучного торжества в классическом стиле, прощания с гостями меня пригласили в кабинет для разговора. Я только выгнал свой байк, чтобы отчалить в клуб. Не хотелось находиться в собственном доме. Наблюдая за тем, как хозяйничают отец и его новая жена, я злился. Эта злость выжигала нутро. С родителем мы могли мирно сосуществовать, но есть вещи, которые я никогда не смогу забыть и простить.

— Артем, мы едем в свадебное путешествие, — начал отец, нервно одергивая рукава костюма, как только я переступил порог кабинета.

Я никак не отреагировал на его слова, я был в бешенстве. В этой комнате меня успокаивал даже запах. Тут все сделано для моего удобства. Никто не смеет входить сюда без моего разрешения! Меня пригласили в мой же кабинет! Прикрыл глаза, чтобы взять себя в руки.

— Присмотри, пожалуйста, за Кирой, — поднял на меня взгляд отец. Я не сразу понял, о чем речь. Я просто в ахренах.

— Да ну… Нет! — чуть не сорвалось с губ ругательство.

— Киру нельзя оставлять одну, — продолжал родитель, будто не слышал мой ответ. — Кира, она… как бы это сказать… попадает иногда в неприятности.

Информацию услышал, но обдумывать не стал. Меня это не касается.

— Так вы родители, занимайтесь… ребенком, — выделил последнее слово. — Это не мои проблемы.