Стиснув кулаки, я, продолжая фальшиво улыбаться, проблеяла:

– Мне отправляться спать?

– Естественно, – кивнул Александр Михайлович.

– Прямо так идти в кровать?

– Угу, – не дрогнул полковник.

Делать нечего, придется, видимо, убираться восвояси, что называется, не солоно хлебавши. Но когда рука моя коснулась двери, любопытство стало нестерпимым, и я обернулась.

– Милый!

– Что? – с полным ртом отозвался Дегтярев.

– Не попадалась ли тебе шуба? – решила я начать разговор издалека.

– Какая?

– Розовая шиншилла, принадлежащая Татьяне. Ее надо найти!

– Зачем искать? – пожал плечами полковник. – Она наверху, спит, наверное.

– Речь идет не о нашей гостье, а о манто, – терпеливо пояснила я. – Если оно не отыщется, Борейко навсегда останется тут. Боровиков дико зол, он не звонит жене, вообще словно в воду канул. Что делать? Тебе охота жить с Танюшкой? Может, мне продолжить поиски шубейки? Если честно, пребываю в тревоге: Алиса пропала, не знаю, жива она или нет, Рита Секридова исчезла, на звонки не отвечает, дверь не открывает. А ты мне ничего не рассказываешь! Что с Женей?

– Он жив, – коротко ответил Дегтярев, – вовремя в больницу доставили.

– А Рита? Алиса?

Александр Михайлович отложил сандвич, посмотрел на него, потом снова схватил чудовищное сооружение из хлеба, масла, колбасы, ветчины и сыра, затем вдруг сказал:

– Завтра в пятнадцать ноль-ноль жду у себя в кабинете. Пропуск заказан, не забудь паспорт и не опаздывай. А на данном этапе я хочу спокойно поужинать.

– Я всегда прихожу вовремя!

– Молодец, – бодро отозвался толстяк и занялся бутербродом.

Я повздыхала и пошла в спальню. Некрасиво со стороны полковника так себя вести. Он же великолепно понимает, что я хочу узнать ответы на свои вопросы, и поэтому сейчас чувствует себя хозяином положения.

Ровно в три часа дня я без стука распахнула дверь в крохотную комнату, являвшуюся служебным кабинетом Дегтярева, и сказала толстяку:

– Тебе не кажется, что я точна, словно поезд Париж – Лондон?

– Разве между этими городами курсируют экспрессы? – искренно изумился приятель. – Францию и Англию разделяет Ла-Манш.

– Забыл про тоннель в проливе?

– Ты явилась для какой цели? – покраснел Дегтярев. – Решила учить меня… э… географии?

– Нет, – испугалась я, – просто поддержала разговор. Пожалуйста, не сердись!

Полковник уставился в окно.

– Ну милый, – замела я хвостом, – расскажи про Феню!

Дегтярев молчал, и в глубине моей души зашевелились нехорошие мысли. Ага, вот ты какой! Получил возможность мучить лучшего друга и решил использовать ее на все сто процентов? Ничего, отольются кошке мышкины слезки! Сейчас Александр Михайлович поломается и выложит правду, а я, утолив любопытство, забью холодильник правильной едой.