— Так, годится, это уже характеристика. У него были какие-то награды?

— Орден у него есть. Трофим Павлович давно на фронте.

— Что за орден?

— Орден Боевого Красного Знамени.

— Какие-нибудь особые приметы есть? Родимые пятна, скажем, шрамы, может, ожог какой-нибудь заметила?

— Шрам у него есть, — потупив глаза, ответила девушка. — На боку. — И торопливо добавила: — У него гимнастерка порвалась, вот он просил меня ее зашить.

— Уж не с правой ли стороны? — насторожился Тимофей.

— С правой… А вы откуда знаете?

— Мы много чего знаем. А часики когда он тебе подарил? После того как ты ему гимнастерку зашила или немного раньше?

— Нет, раньше. Неделю назад.

— А часы как давно носишь?

— С позавчерашнего дня.

— А за что такой щедрый подарок, не сказал?

— Сказал… Глаза, говорит, у тебя красивые, а к ним «ходики» нужны подходящие, — потупив взор, ответила Лариса.

— А чего же ты сразу часы не надела?

— Трофим Павлович сказал не носить их пока. А вот дней через десять можно.

— А не сказал, почему именно через десять дней?

— Нет.

— А ты, значит, не удержалась и решила их нацепить? — внимательно посмотрел на девушку Романцев.

— Да, не удержалась. Сначала просто их примерила, а потом уж больно они мне понравились, и решила больше не снимать.

— Чего ты краснеешь? С женщинами такое случается. Возьми! — вернул Романцев часы. — Смотри, не потеряй, все-таки подарок.

— Спасибо, товарищ капитан, — растроганно произнесла она и улыбнулась.

— Ты мне вот что скажи, Лариса, когда твой Трофим Павлович должен объявиться? Ведь вы же с ним не навсегда расстались.

— Товарищ капитан, — вспыхнула девушка, — он не мой! Я уже говорила вам. Просто он… хороший знакомый."

"— Ладно, не цепляйся к словам. Когда он объявится?

— Я не знаю, — захлопала она ресницами. — Он никогда не предупреждает. Говорит, что в настоящее время у него работы очень много по поимке шпионов, точного времени не знает, но появится на днях.

— Понятно… Занятой, значит, все за шпионами бегает! Как бы дыхалку не подорвал! Ты какой язык в школе изучала?

— Немецкий.

— Я тоже немецкий. Знаешь, как переводится ефрейтор с немецкого?

— Забыла, — слегка смутилась Егорова.

— Означает «освобожденный»… То есть солдат, освобожденный от каких-то некоторых обязанностей. Присуждается это звание рядовому составу за воинские отличия. То есть отличному бойцу! А ты у нас отличный боец?

— Да, товарищ капитан, — негромко произнесла девушка. — Стараюсь!

— Это хорошо, что стараешься… Во что я тебе хочу сказать, товарищ ефрейтор, о нашем с тобой разговоре никому ни слова! Ты меня поняла? Это для твоего же блага.

— Как же тут не понять, — совсем не по уставу ответила Лариса.

— Положено отвечать «так точно», — добродушно проворчал Романцев.