Кроме того, злые пришельцы из северных лесов не прорываются в святая святых извне, а спускаются по тросам с зависших винтокрылов, врываясь в окна зданий на верхних этажах.

И в самый разгар этого веселья с нескольких сторон, почти над самой землей в воздухе появились десантные планеры. Одна рота спецназа высаживалась на аэродром, вторая – на огороды между жилым поселком и железнодорожными путями, третья – на заснеженное поле за территорией отряда. Там, где проломы в ограждении были недостаточно проходимы для тяжелогруженых бойцов, этот недостаток исправлялся при помощи зарядов саперной взрывчатки. В мгновение ока хаос, творящийся на территории «отряда 731», достиг своего пика. Безжалостные пришельцы убивали всех пытающихся бежать или показывающих хотя бы намек на сопротивление, но таких «героев» было немного.

Младший научный персонал «отряда 731» набирали среди лучших выпускников японских университетов, людей талантливых с научной точки зрения, и в то же время беспредельно преданных идее японской национальной исключительности. Но сражаться насмерть ради своей идеи эти молодые люди не готовы, ради нее они согласны только убивать и совершать жестокости, от которых мог бы поседеть даже сам Сатана. Поэтому оказывают вооруженное сопротивление и умирают немногочисленные уцелевшие после налета японские солдаты, а большинство лаборантов, ассистентов и прочих врачей-изуверов мирно поднимают руки. Они же занимались чистой наукой, а потому русские не должны сделать им ничего плохого… Таких деятелей советские бойцы роняют на мерзлую землю и увязывают ласточкой. Пусть полежат вот так, болезные, на морозе в минус тридцать, и подумают о том, каково было их подопытным, насмерть замороженным в криогенной камере."

"Но страшнее всех прочих были события, происходящие в двух двухэтажных зданиях, расположенных во внутреннем дворе «блока Ро». Это был последний круг ада, место содержания подопытных, которых японский персонал цинично именовал «бревнами», откуда они могли отправиться только в печь крематория и никуда больше. Даже тех, кто, вопреки всему, выздоравливал после заражения самыми тяжелыми болезнями, сначала подвергали тщательному изучению, а потом повторно использовали в каком-нибудь эксперименте с летальным исходом. И вот теперь, когда по всей территории «отряда 731» гремит стрельба и недружественные незнакомцы проникли в святая святых, эти люди вдруг как-то нечаянно из безгласых «бревен» превратились в ненужных свидетелей обвинения. Сам ли начальник «отряда 731» генерал-лейтенант Масадзи Китано приказал пустить в камеры цианистый водород[29], или это сделал кто-то из его подчиненных, большого значения не имело.