— Тебя больше возмутил сам факт, что у меня есть секс с другой женщиной? Или то, что этой счастливицей оказалась твоя подруга?

— Вот это у тебя самомнение, как у царя всех козлов. Осчастливил! Надо же… — хлопаю. — Памятник твоему члену поставить?

— Не стоит. Довольно того, что ты будешь о нем часто вспоминать.

— С отвращением.

— Да брось, — хмыкает. — Тебе нравилось быть подо мной.

— Циничная сволочь. Урод. Мерзавец! Ты хотел бросить мне в лицо новость о разводе и разделе имущества? Скотина!

Он вздыхает:

— Ира все-таки поторопилась. Я просил ее подождать… — пожимает плечами. — Она хотела сообщить еще до твоей операции.

Это был бы идеальный момент, чтобы убить меня наверняка: сообщить об интрижке с мужем перед операцией, когда я была сама не своя от страха!

Я боялась.

Боялась умереть.

Боялась, что операция не поможет, и рак распространится дальше…

До секса ли мне было в такие моменты? Нет!

— По-твоему я должна тебе за это в ноги упасть?

Муж скрипит зубами:

— Всего лишь говорю, что я не хотел спешить и выжидал подходящего момента.

— Я тебя расстрою: нет удачного момента, чтобы сообщить о предательстве!

— Давай будем разумными, Мил. Обсудим наш развод. Я не хочу жить в обмане и решил, как честный мужчина, разойтись.

Друзья, жду ваших мнений. Буду рада обсудить новых героев и их ситуацию.

Глава 3

Глава 3

Милана

— Как честный мужчина?

У меня просто нет слов. Я дрожу от эмоций!

— Честный мужчина не стал бы совать свои причиндалы в вагину моей лучшей подруги.

— Если тебя интересуют детали, поначалу это был рот.

— Ах ты…

Перед глазами темнеет, воронка боли внутри ширится, ползет во все стороны и вот-вот поглотит меня целиком."

"— Да, рот, — муж гладит свой подбородок и скользит по мне насмешливым взглядом. — Ты же у нас не любительница стоять на коленях перед своим мужчиной, всегда делала это через не хочу…

— Так, хватит, — стучу ладонью по столу. — Я не стану это обсуждать. Сохрани хотя бы каплю мужественности в моих глазах и не падай еще ниже. Хочешь обсудить развод? Давай по фактам! — сиплю, стараясь сосредоточиться на чем-нибудь конкретном.

На бытовухе какой-нибудь, на реальных вещах, которые можно потрогать, передвинуть и решить… Что бы то ни случилось, все можно решить — починить или выкинуть и купить новое.

За время болезни я поняла одну очень важную вещь, поняла всем своим существом. Такие вещи понимаешь только когда жизни угрожает опасность.

Все, что можно решить деньгами, все можно исправить.

Но есть вещи, которые не покупаются и совсем от тебя не зависят. Исход болезни, чувства, привязанности сердца.

Разве мое сердце семнадцать лет назад спрашивало у меня разрешения влюбиться в этого подлеца, когда он впервые взял меня за руку и сказал, что у меня красивые глаза? Нет, не спрашивало.