Лорд и леди Заурронские направились к отцу Вальда. А я от облегчения и радости крепко обняла своего демона. Вот теперь все хорошо!

И никто в суматохе не заметил, как исчез порталом дед Джарра. Ненадолго. Чтобы вскоре вернуться обратно. Он подмигнул мне и сказал тихо, лишь для нас:

– А я не боюсь замарать руки.

– Куда ты его? – вопросительно изогнул бровь Джарр.

– Больше не побеспокоит.

Не знаю, что он сделал с этим трусом, но жалеть точно не буду!

Эпилог

Никогда еще в мою честь не устраивали такие праздники. Гуляла вся деревня, и люди из ближайших селений присоединились, когда до них дошли горячие новости. Слыханное ли дело, в Васильках празднуют помолвку ведьмочки с высшим демоном и по такому поводу знатных гостей там собралось столько, сколько не бывало со времен проезда здесь королевы.

Я ожидала, что при известии о высших демонах народ врассыпную бросится, и вначале почти так и было. Но когда стало известно, сколько знатных и родовитых друзей приехало с женихом, все, у кого есть незамужние дочки, галопом понеслись обратно – встречать дорогих гостей.

Упустить хорошего жениха – куда страшнее высших демонов, а ладных девок в Васильках в каждой избе полно.

Подружки забыли все прошлые обиды и одели меня в вышитые одежды, украсили волосы лентами, помогая провести обряд сватовства по всем правилам.

При виде моего жениха и его отца родители едва не упали в обморок, но ситуацию сгладила леди Дэрин. Эльфов среди простого народа уважают за любовь к природе и их знания, и раз у высшего демона жена эльфийка, то и сын ее не может быть плохим. Меня даже до обидного быстро сговорили и дали согласие на свадьбу.

По случаю помолвки столы накрыли вдоль всей главной улицы. Шатры поставили, чтобы важным гостям солнце в погожий день головы не напекло. От угощений ломились столы. Мало того что все по такому поводу расстарались, так еще и отец Джарра из лучших рестораций Асдора блюда в Васильки порталом доставил. Но когда простые люди не сильно оценили высокую кухню, быстро исправился, раздобыв несколько зажаренных на вертеле кабанов и молочных поросят да десяток бочонков редкого эльфийского вина и ядреного гномьего самогона.

Народ сразу повеселел. А вот я загрустила. Ехала ведь в Васильки со всей душой, желая исправить содеянное несдержанным языком, но что-то пошло не так.

Стоило сунуться к Селиму, заводя речь о том, что знаю, как избавить его навсегда от друга гуся, как тот замахал руками, чтобы не смела лезть в их дружбу. Гусь же и выслушает, и, когда надо, поддержит, утверждающе поддакнув, и даже от жены защитит, когда та ругает за лишний стакан наливки. Не жизнь, а сказка! Это он просто сразу своего счастья не оценил.