– Как она разговаривала! Как она себя вела! Наглая девчонка!

- Все-таки вы зря накинулись на нее, - возразила госпожа Хатуна. – Елена ведь не виновата в том, что произошло. Нам скорее нужно было поблагодарить ее…

- Ты защищаешь эту взбалмошную наглую особу?! – Кэто резко повернулась к невестке. – Что такое, Хатуна?!

- Но это так и есть. Как бы вы ни относились к Елене, к побегу Нино она не причастна, - женщина не сдавалась. – В этом случае мы были неправы.

- Правы, не правы! Она виновата уже только в том, что посмела… - старая Кэто не договорила, потому что в гостиную вошел Давид.

- Посмела что? – поинтересовался он, присаживаясь на софу. – Продолжайте.

- Дорогой, Нино нашлась… мы не стали тебе говорить, когда нам сообщили об этом. Ты слишком волновался за сестру и мог повести себя с ней грубо… - Хатуна присела рядом с внуком. – Она глупая девочка, мы должны быть снисходительны к ней…

- Какое отношение ко всему этому имеет Елена Федоровна Волкова? – князь гневался, и это было трудно не заметить. Он слышал разговор женщин, в этом не было сомнений."

"- По словам этой женщины, Нино спасла ее подруга… на девочку напали.

Эта барышня привезла Нино к Волковой, - волнуясь ответила Хатуна. – А она, в свою очередь, прислала нам записку…

- Если бы ты слышал, как она разговаривала с нами! – перебила невестку старая Кэто, нервно стуча тростью по полу. – С каким неуважением! Никому не позволительно так вести себя с благородным семейством!

- Елена Федоровна была груба с вами? – Давид посмотрел на Хатуну. – Почему?

- Что значит «почему»?! – гневно воскликнула Кэто. – Она была груба: этого достаточно!

- Я спрашивал не у вас, бэбиа! – рявкнул князь, и женщины испуганно уставились на него.

– Итак, почему она была груба с вами?!

- Мы обвинили ее в том, что она причастна к побегу Нино, - призналась Хатуна, за что старая Кэто одарила ее убийственным взглядом. – Но это было первым, что пришло нам в голову… Наша девочка имеет вспыльчивый характер, но чтобы сбежать из дома…

- Ваша девочка натворила уже достаточно! – Давид ударил рукой по подлокотнику. – С завтрашнего дня Нино не выйдет из своей комнаты до моего особого распоряжения!

- Датико… - старая Кэто возмущенно вскинула голову.

– Ты не можешь…

- Мое решение окончательно! – князь резко поднялся и стал мерить комнату широким шагами. – Значит, вас возмутило, что Елена ответила вам грубостью на грубость? Это так?

- Она могла просто объяснить ситуацию, а не говорить ужасные вещи! – Кэто не собиралась признавать свою неправоту. – Почему я вообще должна оправдываться перед тобой за какую-то цирюльницу?!

- Потому что я хочу просить руки у Елены Федоровны Волковой, - непререкаемым тоном произнес Давид.