– Пятница, ресторан, ужин в хорошей компании?

– Ничего мы подписывать не будем! – Михаил Витальевич наконец пришел в себя, вскочил с места и, взяв брюнетку под локоток, поднял ее со стула. – Вы что тут устроили? – потом повернулся к актеру и извиняющимся голосом произнес: – Не беспокойтесь. Женщины, сами понимаете, всегда хотят быть поближе к кумирам.

– Я выросла на ваших фильмах. – Лулу не собиралась успокаиваться. – Я требую автографа для мамы.

Михаил Витальевич, обняв обеих девушек, решительно повел их в сторону выхода.

– Но, Мишель, а как же ужин? – Блондинка была не готова к такому повороту событий.

– Сначала поговорим. – В голосе директора слышалась непреклонность.

Разыгравшаяся сцена была и комична, и безобразна одновременно. В другое время Дмитрий обязательно усмотрел бы в ней сатирический подтекст, интермедию «на злобу дня», но сейчас из головы никак не шла Саша и ее серебристоволосый ухажер. До какой степени там все серьезно? И что это за репетиции? Сколько всего произошло в ее жизни, к чему он, Одинцов, не имеет никакого отношения?

И что теперь делать?

В ресторан вошла Саша.

Дмитрий не отрываясь смотрел, как она приближается. На мгновенье показалось даже, что Саша идет к нему. Но нет. Ошибся. Она остановилась около актера.

– Михаил Витальевич сейчас вернется, – сказала негромко. – У вас все в порядке? Может, будут какие-то пожелания.

– Составьте мне компанию, – глубоким баритоном отозвался актер и сделал приглашающий жест рукой.

– Я бы с удовольствием, но, к сожалению, нахожусь на работе. Нам не полагается.

– А ради уважения к известной личности?

Саша тихо рассмеялась и слегка закачала головой, обнажив на секунду шею.

"

"Там, за левым ухом у нее есть крохотная овальная родинка шоколадного цвета. Раньше, когда Одинцов убирал от ее уха волосы, всегда целовал эту родинку. Она сводила его с ума. Это была его тайна. Место, доступное только ему. Даже сегодня, сидя во дворе и внимательно разглядывая Сашу, он лично убедился, что стрижка так же надежно хранит секрет, как и длинные волосы.

Он вообще любовался ею второй день. Офисный вариант одежды не делал Сашу безликой. Потому что есть прозрачные голубые глаза с чуть опущенными вниз уголками, и красивый поворот головы, и шоколадная родинка за ухом.

Мысль о том, что об этой родинке знает теперь еще и эльф, не давала покоя.

– Присаживайтесь, я вас угощу такой рыбой… м-м-м… пальчики оближешь, – старался актер.

– Это безобразие, а не десерт, – послышался знакомый недовольный голос. – Если не умеете готовить тирамису – не беритесь! Вот пять лет назад на театральном фестивале в Чехии…

Тщедушный мужичок безрезультатно старался унять свою спутницу, легонько похлопывая ее по руке.