Отвечать Демьян не торопился. Он все водил и водил этой самой салфеткой по ее трогательно маленькой ручке. И тонул в её потемневших от страха глазищах.

– Все будет хорошо, слышишь? – сказал он с уверенностью, которой не испытывал совершенно. Говорил лишь потому, что понял, как ей сейчас это нужно. А не сдержавшись, все же добавил: – Дурочка!

И пряча эмоции, рвущиеся из-под контроля, зарылся лицом в ее волосах и только тогда приложил трубку к уху. Звонил Князев. А потом и Алькин отец. Разговор вышел непростой. Но Демьян понимал, что это все – цветочки. И что ягодки будут потом. Впрочем, ему об этом думать было некогда. Их уже ждали в больнице."

"– Я что-то не так сделала? – после того, как Алю со всех сторон осмотрели, когда обработали ее раны и взяли все необходимые анализы, кажется, исколов ее всю… Демьян, который в этот момент отбил один вызов, за которым сразу же последовал следующий, сунул трубку в карман.

– Не дождалась моей команды. Я… не успел позаботиться о твоей безопасности.

– Твоей команды? О… – выдохнула Аля. – Я не думала, что это важно. Прости.

– Прости?! – рыкнул он. – Прости? – подлетел к ней, лежащей на больничной койке. – Я же мог… С тобой могли…

Привыкший контролировать каждый… абсолютный каждый аспект собственной жизни, Демьян вдруг понял, что его контролю неподвластен, пожалуй, самый важный. Он замер над ней, совершенно обескураженный. Сжимая и разжимая огромные кулаки и дыша жадно, со свистом.

– Я больше так не буду, – прошептала она. Ну, совсем! Совсем ведь как ребенок. Куда ей своего? А впрочем, что уж теперь? Как-то справится. Он, с двумя. С Алькой своей и тем… кто там у них родится? Не дай бог – девка. Он же с ума сойдет. – Ты только не уходи сейчас, хорошо? Видишь, я опять за тебя цепляюсь…

– Ну, а за кого тебе цепляться, как не за меня, м-м-м? – Демьян понял, что чертовски, нечеловечески просто устал. Осторожно лег к ней под бок. Обещая себе, что это на секундочку. – Я же твой…

– Кто? – шепнула Аля ему в шею.

– Первый, – усмехнулся. – И последний. Если меня твой отец после всего случившегося в расход не пустит. Как тебе такая новость?

– Отлично. А сам-то ты как?

– Что как?

– Относишься к этой новости, – пробормотала невнятно Аля, старательно отводя от него взгляд, будто ей и дела не было до того, что Демьян ответит. А он, почему-то совершенно очумевший от последних событий, разомлевший от ее тепла, убаюканный монотонным жужжанием каких-то приборов, никак не мог облачить в слова то, что ему самому уже давно было понятно.

– Я тебя все равно не отпущу! Ну и что, что ты меня не любишь?! Плевать! Я не могу без тебя. Не могу, слышишь?! И даже если будешь со мной из жалости – не отпущу! А если уйдешь – скажу отцу. И пусть… Пусть он тебя в расход, как ты говоришь, пускает.