Так держать!

С улыбкой от уха до уха мальчишка поспешил по своим делам, а Джулиана, не в силах скрыть изумления, уставилась на Риса.

– Что-то не так, миледи? – спросил Рис, заметив этот внимательный взгляд.

– Просто… мне и в голову не приходило, что вы можете быть так добры… к людям. Вынуждена признать, что у вас есть подход и к лошадям.

По его лицу расплылась улыбка, продемонстрировавшая безупречно ровные белые зубы.

– Боже мой, леди Джулиана, неужели вы способны на комплименты?

Она пожала плечами, смутившись, а он добавил:

– Буду надеяться, что вы и в самом деле так думаете.

Она скрестила руки на груди. Ну вот опять: явный намек на то, что она не способна на дружбу или же дала ему ложную надежду. Как это типично для герцога Уортингтона – считать себя пострадавшей стороной. А ведь именно у нее имеются все основания обижаться и испытывать к нему неприязнь! И она не позволит ему переворачивать с ног на голову все, что между ними тогда произошло.

Наконец он подошел к дверце денника, оперся на нее руками и спросил:

– Что еще я могу сделать для вашей лошади, миледи?

Джулиана со стыдом признавала, что он совершенно спокойно реагирует на ее идиотские приказания, в то время как она все утро рявкает, как ненормальная. Как он, изнеженный аристократ, умудрялся сохранять невозмутимый вид? Должен же быть какой-то способ вывести его из себя. Если бы только ей это удалось, особенно когда поблизости окажется мистер Херефорд.

Однако в данную минуту вне себя была именно она. Нужно поесть и собраться с мыслями. Не говоря уже о том, что ее наверняка уже разыскивают мать и сестра.

Джулиане требовалось время придумать что-то такое, отчего он точно лишится самообладания, и лишь тогда возвращаться в конюшню.

– Нет, больше ничего не надо, мистер Уорти. Я ухожу. Благодарю вас.

– Так быстро, миледи? – отозвался он с отвратительной фальшивой улыбочкой.

Джулиана прищурилась.

– Не беспокойтесь, я скоро вернусь.

Она очень надеялась, что это прозвучало достаточно грозно, но он с ухмылкой протянул:

– Буду ждать с нетерпением.

Она похлопала ресницами, сладенько улыбнулась и пообещала:

– Мне бы хотелось, чтобы вы завтра утром сопроводили нас с сестрой на верховую прогулку к озеру. Как только рассветет.

Черты его лица на мгновение дрогнули, но он сумел справиться и тут же широко улыбнулся. Она прекрасно знала, как ненавидел он вставать рано утром: сам ей когда-то сказал.

– С радостью, миледи.

Улыбка его сделалась почти ангельской, и Джулиана надеялась, что сумела ему досадить, поэтому, когда уже шагала к особняку, губы ее изгибались в усмешке. Пусть она еще не сумела справиться со своей задачей, но, право же, очень давно так не веселилась… по крайней мере, до того момента, когда он намекнул, будто она ему врала и играла с ним.