— Как прикажешь, но сначала… — Граф потянулся к ней, и Мария замерла. Глаза расширились от удивления.

Его рот мягко прикоснулся к ее губам. У девушки непроизвольно вырвался нечленораздельный звук, когда Николо кончиком языка обвел изгиб полной нижней губы. Предательский жар разлился по телу, вызывая страсть, которую — она знала — никогда не испытывала с другим мужчиной.

Мария как бы погружалась в нирвану, реальность расплывалась в темноте. Существовал только Николо, один только Николо, способный разжечь желание.

Девушка слегка задрожала, хотя старалась не выдать реакцию на прикосновение графа. Глаза щипало от непролитых слез, когда он поддразнивал ее, доводя ласку до совершенства, пока Мария окончательно не капитулировала.

Она издала отчаянный стон, когда поцелуй стал глубже, требовательнее, вызвав дрожь во всем теле. Девушка сильно вцепилась в плечи Романо, пытаясь удержать его, а он как бы втягивал Марию в некий вакуум, из которого она вряд ли бы выбралась живой и невредимой.

Страстность Николо граничила с насилием. Когда он наконец отпустил Марию, она с трудом удержалась на месте. Еще немного — и девушка упала бы к его ногам, умоляя о прощении.

Одна часть ее существа жаждала прокричать: «Уходи! Немедленно убирайся из моей жизни!» А другая половина хотела произнести слова, которые привязали бы ее навечно к любимому мужчине.

Его глаза потемнели, в них появилось знакомое пристальное выражение.

Подняв руку, Николо легко провел пальцем по припухшим губам, потом по краю подбородка и обратно."

"Целую вечность, казалось, он смотрел на Марию, запечатлевая тонкие черты, безупречную кожу, широко расставленные бездонные карие глаза с искорками топаза, полные соблазнительные алые губы.

Наконец граф повернулся к двери и вышел не оглянувшись.

При звуке защелкнувшегося замка из глаз Марии хлынули долго сдерживаемые слезы. Она какое-то время стояла неподвижно, потом, собравшись с духом, направилась в спальню и принялась методически упаковывать багаж.

Мария не спеша тщательно умылась, наложила макияж. Подойдя к телефону, попросила портье снести вещи вниз.

— Машина ждет вас, — сообщил тот.

Оглядев в последний раз апартаменты, девушка повесила на плечо сумочку и направилась к лифту. Портье сообщил, что ее счет оплачен.

Пальцы Марии дрожали, когда она убирала кошелек и отдавала ключи. Николо. Опять он. А вот и его роскошный «бентли», припаркованный у главного входа. Шофер держал наготове открытый багажник, чтобы принять ее чемоданы. Прощальная вежливость, подумала Мария. Насмешливое напоминание о том, от чего Мария отказалась.

Она вышла из отеля через вращающуюся дверь и попала под моросящий дождь. Шофер услужливо распахнул заднюю дверцу.

Девушка быстро подошла к водителю.