Я остался здесь, а Эрик уехал и это случилось где-то в другом месте и это все. Я — это я, и здесь — это здесь.

Я был настороже и пытался услышать моего отца. Возможно, он уже спит. Он часто спит в кабинете, а не в большой комнате на втором этаже, где находится и моя спальня. Может быть, его комната вызывает у него слишком много неприятных (или приятных) воспоминаний. В любом случае, я не слышал храпа.

Ненавижу то, что я вынужден все время сидеть на унитазе. С моей неудачной травмой я должен это делать, как будто я чертова женщина и я ненавижу это. Иногда я становлюсь к писсуару в Под Гербом Колдхеймов, но большая часть сделанного стекает по моим рукам и ногам.

Я напрягся. Плюх. Вода плеснулась и задела задницу, и именно в это время зазвонил телефон.

— Вот дерьмо, — сказал я и засмеялся. Я быстро вытер задницу, дернул штаны вверх, дернул цепочку вниз и заковылял по коридору, застегиваясь. Я вбежал по широкой лестнице на площадку между первым и вторым этажом, к телефону. Я постоянно тереблю отца, требуя поставить еще аппараты, но он говорит, будто нам для этого недостаточно часто звонят. Я добежал до телефона до того, как звонивший положил трубку. Отец не пришел.

— Алло, — сказал я. Звонили из автомата.

— Скрав-аак! — вскрикнул голос на другом конце провода. Я отодвинул трубку от уха и посмотрел на нее, нахмурившись. Еле слышные крики прорывались из нее. Когда они прекратились, я опять приложил трубку к уху:

— Портнейл, 531, — холодно сказал я.

— Франк! Франк! Это я. Я! Алло! Алло!

— Это эхо на линии или ты все повторяешь дважды? — сказал я. Я узнал голос Эрика.

— И то, и другое! Хи-хи-хи-хи!

— Алло, Эрик. Ты где?

— Здесь! Ты где?

— Здесь.

— Если мы оба здесь, зачем мы возимся с телефоном?

— Скажи мне, где ты, пока у тебя деньги не кончились.

— Но если ты здесь, ты должен знать. Разве ты не знаешь, где находишься? — Он начал хихикать.

Я спокойно сказал:

— Прекрати дурачком прикидываться.

— Я не прикидываюсь дурачком. Я не говорю тебе, где я, ты скажешь Энгусу, он передаст полиции, и они вернут меня в чертов госпиталь.

— Не вспоминай черта к ночи. Ты же знаешь, я это не люблю. И конечно же я ничего не скажу Энгусу. Скажи мне, где ты. Я хочу знать.

— Что тебе черти, у тебя же полно талисманов. Я тебе скажу, где я, если ты скажешь свое счастливое число.

— Мое счастливое число — е.

— Это — не число. Это буква.

— Это — число. Трансцендентное число: 2, 718…

— Ты мухлюешь. Я имел в виду натуральное число.

— Нужно было быть более точным, — сказал я и вздохнул, услышав как зазвучал предупредительный гудок и Эрик наконец бросил еще денег. — Хочешь, я тебе перезвоню?

— Хе-хе. Ты видно от меня так просто не отстанешь. Как ты?

— Хорошо. А ты как?

— Как дурачок, — сказал он сердито.