Я поставил на место закрытую банку и пластиковую коробочку и спичкой зажег маленький погребальный костер.

Смесь сахара и гербицида шипела и пылала, яркий свет бил в лицо, облака дыма клубились вверху и вокруг моей головы, я не дышал, и мои глаза слезились. Через секунду вспышка закончилась, смесь и оса сплавились в один черный комок неровного пузырчатого мусора, остывающего от желтого яркого жара. Я закрыл глаза, чтобы проверить узоры, но там остался лишь отпечаток пламени, исчезая как отблеск на металлической плите. Я надеялся увидеть лицо Эрика или другой намек на грядущие события, но ничего не получилось.

Я наклонился вперед, задул свечи с осами, потом дунул через глазницу и загасил свечу внутри черепа. Все еще ослепленный, я нащупал свой путь к выходу через темноту и дым. Я вышел, выпустив дым во влажный воздух; кольца голубого и серого поднялись от моей одежды, когда я стоял и глубоко дышал. Я ненадолго закрыл глаза, а потом пошел прибрать в Бункере.

3

Я закрыл дверь и замкнул ее. Вернулся домой на ленч и увидел своего отца, который рубил плавник на заднем дворе.

— Доброе утро, — сказал он, вытирая лоб. Было не жарко, но влажно, и он был раздет до майки.

— Привет, — сказал я.

— Ну, как ты вчера?

— Хорошо.

— Я вернулся поздно.

— Я уже спал.

— Я так и подумал. Ты скоро захочешь есть.

— Я могу приготовить сегодня ленч, если хочешь."

"— Нет, не нужно. Можешь рубить дрова, если ты не против. Я сделаю ленч на двоих. — Он положил топор и вытер руки о штаны, смотря на меня. — Все ли было спокойно вчера?

— О, да, — я кивнул и остался стоять.

— Ничего не случилось?

— Ничего важного, — заверил его я, складывая мое снаряжение и снимая свитер. Я взял топор. — На самом деле было очень спокойно.

— Хорошо, — сказал он, убежденный, и пошел в дом. Я замахнулся топором на куски плавника.

4

После ленча я направился в город на Щебне, моем велосипеде, взяв с собой немного денег. Я сказал своему отцу, что вернусь до ужина. На полпути к Портнейлу начался дождь, я остановился надеть плащ. Ехать было тяжело, но я добрался без происшествий. Город был серый и пустой в скучном дневном свете, по дороге на север мелькали машины, некоторые были с включенными фарами, которые делали все окружающее еще более тусклым. Сначала я пошел в магазин Охота и рыбалка, взять американскую охотничью катапульту и пульки для духового ружья у старого Макензи.

— Как ты сегодня, молодой человек?

— Хорошо, а вы?

— Ох, знаешь, неплохо, — сказал он, медленно качая седой головой, его пожелтевшие глаза и волосы выглядели болезненно в электрическом свете магазина. Мы всегда говорим друг другу одно и тоже. Иногда я задерживаюсь в магазине дольше, чем нужно, потому что люблю запах внутри.

— И как здоровье твоего дяди? Я не видел его с…давно.