Если бы умел – молился бы всем богам, но уже знал – ничего не поможет. Никто не вернёт ему дочь.

Через час и тринадцать минут вышедший из дверей реанимации врач сообщил, что Ники больше нет.

Это была точка в той ужасающей главе жизни Арсения, которая отняла у него как минимум несколько лет существования.

И которая запечатлелась в его памяти навсегда.

* * *Я вздрогнула и проснулась, когда на часах не было и трёх утра. Какое-то ужасающее ощущение, что случилось нечто такое, с чем невозможно справиться, пронеслось по венам и заставило делать рваные вдох за вдохом.

Схватив телефон, посмотрела на экран – всё было тихо. Ни пропущенных вызовов, ни каких-то сообщений.

Отложив мобильник, прикрыла глаза и досчитала до десяти. Понимание, что вряд ли усну, понудило меня покинуть постель и, пройдя на кухню, заварить крепкого чая. В квартире было тихо – близнецы спали, что хоть немного, но успокаивало. Я вновь взяла телефон и, покрутив его в руках, устроилась за столом и отпила глоток горького напитка.

«Никак не могу уснуть. Как только проснёшься, позвони», – напечатала сообщение Курилову и, немного пораздумав, всё же отправила его по назначению.

Ответ пришёл почти сразу:

«Я не сплю»."

"Сердце сделало кульбит и забилось изнутри птицей, пойманной в клетку.

«Почему? Что-то случилось?» – написала дрожащими пальцами.

«Ника умерла».

Я втянула в лёгких воздух одной большой рваной порцией. Кислород застыл в груди, причиняя тупую непереносимую боль.

«Где ты? В больнице? Я могу приехать?» – напечатала и отправила раньше, чем успела бы обдумать и принять иное решение.

Потому что это было глупо – нестись через половину города к тому, кто вроде как даже не нуждался в моём присутствии.

«Я снял квартиру. Сейчас дома. Не хочу тебя дёргать…»

Прикусив нижнюю губу до боли, я сидела и размышляла, что же делать. Воспринять слова мужа как то, что ему я сейчас совсем не нужна? Или же, напротив, решить, что он просто не хочет впутывать меня в то, что меня вроде как не касается?

«Ты не дёргаешь. Если скинешь адрес – приеду. Папу попрошу посидеть с Яриком и Вовкой».

Вскочив из-за стола, я заметалась по кухне, стараясь не производить лишнего шума. Отец и впрямь мог сорваться ко мне, если бы я его попросила. Но вновь и вновь в моей голове возникал вопрос – нужна ли я сейчас Арсению? И не стану ли для мужа досадной помехой?

«Тобольская 23, кв.12. И я не хочу тебе доставлять хлопот, Милаш…» – написал мне Курилов через несколько минут.

И я, готовясь позвонить папе и попросить приехать посидеть с мальчиками, написала коротко:

«Скоро буду».

Дверь в квартиру Арса оказалась приоткрытой. Я переступила с ноги на ногу, оказавшись возле неё, сомневаясь в том, что поступлю правильно, если войду просто без стука.