Хотя бы…

Сбитый мной ублюдок тоже не стал тратить время на жалость к себе и уже твердо стоял на ногах с ножом наготове. Мой щит в виде медведя, к сожалению, остался лежать на земле.

Резкий выпад в мою сторону. Взмах бритвенно-острого ножа. И я успела только выставить руку и почувствовать острую боль за секунду до того, как его сшибли с ног.

В этот раз — Даня.

Удар за ударом он буквально вколачивал голову гопника в рыхлую землю у одного из кустов.

— …стреляю без предупреждения! — послышался в стороне смутно знакомый голос.

В очередном приливе животного страха обернулась и увидела, как двое других, хромая и падая, убегали от надвигающегося на нас Серёги.

Необъяснимое облегчение теплой волной пробежалось по телу, но заставило дрожать, словно от холода.

— Убьёшь, блять! — кричал Серёжа, стаскивая Даню с почти недвижимого тела третьего гопника, которому не посчастливилось убежать вместе с теми двумя.

Сквозь пелену слёз видела, как друг пытался удержать руками-ногами брыкающегося Даню, который жаждал довести дело до конца. Со звериным упорством он пытался достать до уползающего в кусты маргинала.

— Успокойся! — рычал Серёжа, толкая его в мою сторону. — Ещё сесть не хватало за этот кусок дерьма!

Всхлипнула, наконец, позволив эмоциям выплеснуться через край давно переполненной чаши. Тело начала сотрясать всё большая дрожь, пока я наблюдала за тем, как, тяжело дыша, мужчины приближались ко мне.

— Ди, твою мать! — шокировано вздохнул Серёжа. — У тебя кровь!

Неуверенно опустила взгляд и наткнулась на пятно крови на платье сбоку.

Паника острыми когтями сдавила горло и не позволила сделать и вдох.

— Диди! — тихий шепот Дани, склонившегося над кровавым пятном и с осторожностью его коснувшегося, вывел из оцепенения.

 — Вызывай «скорую»! — рыкнул он через плечо, и Серёжа поспешил достать телефон из заднего кармана джинсов, в спешке набирая номер.

— Мне не больно, — нахмурилась и смело потрогала пятно. Оно было небольшим, но малоприятным.

Малоприятным, но совсем не болезненным.

Липкая кровь темнела на пальцах в тусклом свете фонаря. Гадкое ощущение, граничащее с тошнотой, подкатывало к горлу, когда капля за каплей кровь срывалась с кончиков пальцев и падала на подол светлого платья.

— Он мне только руку порезал, Дань, — успокоила я мужчину, который уже намеревался нести меня на руках до ближайшего медпункта. — Всё хорошо.

— Хорошо?! — неожиданно для нас всех вспылил Даня и резко выпрямился рядом со мной. Прошелся из стороны в сторону по узкому тротуару и конвульсивно прочесал волосы пальцами, почти выдрав добрую их часть с затылка. — Это ты называешь «хорошо»?

Практически рычал на меня, указывая взглядом на окровавленную руку и часть платья.