Пообещал, что долго задерживаться не будет и прилетит, как только закончит со всеми делами. Не бросал на меня никаких взглядов. Не лип в лифте, когда мы втроем поднимались на наш этаж, и деликатно удалился в свой номер, не забыв отсыпать щепотку вежливых пожеланий.

Хороший мальчик Игорёк. Если, конечно, не брать во внимание его слова о том, что у него здесь есть одно важное, незаконченное дело. Хотя, вполне может быть, что я зря взяла их на свой счёт. Мало ли какие дела могли накопиться у сорокапятилетнего мужчины, давно имеющего свой бизнес, а в прошлом еще и семью. Может, он рощу где-то не досадил? Не всех котят с деревьев снял? Путей и конечных целей может быть сколько угодно и не факт, что один из этих путей проложен ко мне. Во всяком случае, я начеку и моя оборона, а вместе с ней и чувства к Дане не надломятся под натиском циничного айсберга.

Хотя, не такой уж он и циничный. Его «утипути» с женой выглядели весьма убедительно.

— Надеюсь, Серёгу с собой брать не будем? — спросил Даня, когда мы вошли в лифт.

— Он проспал, опоздал на рейс, так что он наказан. Пусть сидит в номере и дует сувениры из своего чемоданчика, — решила я безапелляционно.

— Какая ты у меня роковая бизнесвумен, однако, — гордо улыбнулся мужчина. — Надеюсь, после парка аттракционов ты меня не отстрапонишь?

С трудом подавляя улыбку, ответила почти стервозным тоном:

— Глубина моего в тебя проникновения зависит от точности твоих выстрелов в тире. Мне нужен самый большой медведь. Добудь мне его.

— Кажется, я обеими руками за страпон, — нарочито отчаянно выдохнул Даня, когда лифт остановился на первом этаже и выпустил нас из своей тесной коробки.

— Ну, ты хотя бы разочек, приличия ради, выстрели в тире, — веселилась, следую за ним к выходу из гостиницы. — Можно в этого мужика, который пульки даёт.

— Думаю, если я ему обрисую ситуацию и чем чреват для меня промах, то он отдаст мне всю свою лавку чисто из чувства мужской солидарности.

— Эй! — ткнула кулаком ему в плечо. — Это читерство!

— Я берегу свою нетронутую честь, — хитро подмигнул он и поймал такси.

В парке аттракционов творилась самая настоящая вакханалия. Все кричали, бегали, прыгали, смеялись и я вместе с ними. Даню после его маршрутов уже ничем особо не удивишь, а вот я радовалась каждому, даже самому детскому аттракциону, словно сама была ребенком. А уж после покупки воздушного облака сладкой ваты я была на седьмом небе от счастья.

Стоило хорошенько прокричаться уже на первом аттракционе, и я забыла обо всех проблемах, масштаб которых мысленно увеличивала весь путь до этого парка.

— Я будто в невесомости! — восхищенно вещала я, повиснув на Даниной руке. — Тело такое легкое-легкое.

— Конечно.