Цокольный этаж оборудован под первоклассный тир.

— Ваш клуб? Собственный?

— Конечно.

Вальяжно усмехнувшись, Воровский выбирается из машины и галантно подает мне руку.

— Кажется, мне нужно в дамскую комнату… — смущаюсь я. Шампанское дает о себе знать в самый неподходящий момент.

— Именно в дамскую? — смешливо морщит лоб Воровский. — У нас на цокольном этаже нет разделения на дамские и не дамские комнаты.

— Ладно… — я заливаюсь краской. — Подойдет любая.

Воровский посмеивается. Предлагает свой локоть, и я с радостью просовываю руку. От тепла его кашемирового пальто мне спокойнее.

В клубе, несмотря на презентабельность, не протолкнешься. Полумрак, сверкающие огни, громкая музыка, клубы дыма. У шеста вертится красивая девушка в сногсшибательном серебристом костюме. Цена за вход никого не пугает. Надо же. Даже не думала, что в нашем городе так популярны дорогие ночные заведения.

Воровский крепко сжимает мою руку и уверенно ведет меня вперед через толпу людей. Я впиваюсь пальцами в его ладонь. Как будто она – последняя надежда на спасение. Ведь как только Воровский останется в прошлом, мне придется сражаться со своими монстрами один на один.

От барной стойки отплывает худощавый брюнет в белоснежной рубашке с бабочкой вместо галстука.

— Добрый вечер, босс.

— Привет, Марк. Мы в тир.

Марк с интересом посматривает на меня. Видимо, с дамами обычно идут не в тир, а в какую-нибудь комнату с широкой кроватью."

"— Заказ, как обычно? — спустя мгновение уточняет он.

— Да. Мне водки, даме шампанского.

— Нет, — упрямлюсь я. — Мне тоже водки.

Воровский и Марк несколько мгновений испытующе смотрят на меня, а потом Воровский согласно кивает.

— Что ж, желание дамы будет исполнено, — лукаво улыбается Марк.

Воровский берет меня за руку, и ведет за собой в самый конец зала. Там есть небольшая дверь.

Я иду следом за ним и ощущаю, как согревает тепло его руки. Мне даже кажется, согревает не тело, а душу. Я не знаю, отчего так. Не понимаю, почему я не боюсь Воровского. Знаю же, что он тоже далеко не ангел. Но Воровский не садист. Скорее, продажный трейдер, который привык получать свое. И здесь что-то другое. Между нами другое. Особое. Я еще не совсем улавливаю, что это такое, но инстинктивно греюсь в его мужском обаянии.

Я ему доверяю. Как маленькая девочка, которая потерялась в темноте, и которую внезапно находит большой и сильный защитник. Как любой напуганной девочке, мне хочется, чтобы меня обогрели и приютили.

Воровский распахивает дверь, и мы оказываемся в темном коридоре. Стены выложены темным искусственным камнем, и в полумраке мелькает наше отражение. Впереди горит свет.

— Туалет здесь, — Воровский останавливается у совсем незаметной с первого взгляда двери. — Можешь отдать мне шубу, а потом приходи в тир.

— Хорошо.