– Ну… может быть, кто-то уехал и до сих пор не вернулся?

Я кашлянула, давая понять подруге, что увлекаться не стоит, и, когда она замолчала, спросила тетку Августу:

– Иван дома?

– Зачем он вам? – насторожилась она.

– Хотели у него про мельницу спросить, мальчишки народ приметливый, может, заметил кого?

– Да я его с вечера не видела, убрел куда-то. Слышу, дверью хлопнул часов в одиннадцать, а уж утром встала, терраса пустая. Он там обычно спит. Есть захочет, явится.

– А у кого хранятся ключи от замка на мельнице? – Мой вопрос удивил женщин.

– Так мельницу никто и не запирал…

– Может, участковый? – выдвинул идею Василий.

 – Чтоб, значит, кто из детни не залез и шею не свернул. Хотя какая у нас детня… – Тут он нахмурился, посмотрел немного осмысленнее и спросил: – А замок какой?

– Обыкновенный, – ответила я, мало что соображая в замках.

– Ключ снизу вставляется? – не унимался Василий.

– Да… кажется.

– Так у меня замок пропал вместе с ключами. Валялся на верстаке, а тут Гутя попросила замок, чтоб баню закрыть, а его и нету… Может, мой замок?

– Может, – пожала я плечами.

– Пойду взгляну. – Василий устремился в сторону мельницы без видимых признаков недавних возлияний.

Как видно, мысль о замке, точнее о его возможном возвращении к хозяину, подействовала на него самым благоприятным образом.

Женщины продолжили разговор, решая, как сообщить зарученскому батюшке о чудесном обнаружении иконы, а мы с Женькой вспомнили, что в пансионате начался завтрак, и поспешили туда – после утренних приключений очень хотелось кушать. Я шла впереди, пытаясь понять, что меня так беспокоит, пока Женька не сказала:

– Странно, что Вова Татарин до сих пор дома не появился.

Я сбилась с шага и уставилась в глаза подруги.

– Ты думаешь?..

– Ой, – пискнула она, – я не думала, а теперь, когда ты спросила… Но ведь голова была не Вовина?

– Не Вовина, – почти уверенно кивнула я. – Отсутствие Ивана Бородина меня тоже очень тревожит. После завтрака пойдем их искать.

– Может, мы напрасно драматизируем? – забегая вперед, заговорила подружка. – Вова в самом деле может спать в канаве, а Иван Бородин – ребенок, у детей обычно много дел. Гуляет где-нибудь. Ты знаешь, Анфиса, я была бы рада, если б нам голова просто привиделась с перепугу.

– Мне вот что пришло в голову. Вчера у тетки Августы парень вел себя странно. Вроде чего-то испугался.

– Чего ему бояться?

– Думаю, он нас ночью на мельнице увидел, оттого вчера и не обрадовался нашему приходу, опасался, что мы его узнали и бабке нажалуемся.

– Анфиса, как считаешь, с рюкзаком Иван был? Зеленый охотник должен быть гигантского роста. А тот, который нам встретился?

– Чего ты меня спрашиваешь, ты же рядом стояла.

– Стояла, – согласилась Женька, – но с перепугу не разобрала.