Он чует запахи издалека и не останавливается, пока не найдет добычу. Если бы я не сказал ему, он бы последовал за тобой, преследовал бы тебя, вломился, взломал твой телефон и электронную почту и в конце концов получил то, что хотел. Я просто сделал это проще для всех.

Я фыркаю. Он говорит так, будто он ангел в этой сказке, и мы все должны поклониться в знак благодарности и, возможно, принести некоторые жертвы на его алтарь.

— Из-за тебя он теперь держит меня за руку, и ты знаешь, что я испытываю искушение сделать, Коул?

— Скажи мне. Я весь во внимании."

"Я позволяю себе показать хитрую улыбку.

— Если ты испортил мне веселье, что мешает мне испортить твое?

— Я не испортил тебе веселье — я сделал так, чтобы это произошло. Разве ты этого не видишь?

Я недоверчиво смотрю на него.

— Ты сделал так, чтобы это произошло? Как, черт возьми, быть связанной с Ронаном может быть весело?

— Тил, даже ты можешь признать, что Ронан привнес в твою жизнь интересный привкус. Я просто веду себя здесь как хороший Купидон.

Я усмехаюсь, хотя внутри у меня все кипит.

Коул не понимает, что он разрушил гораздо больше, чем знает. Например, мой план — раньше он был таким ясным, но теперь все это мутная вода и чувства, которые я даже не могу начать прочесывать.

— Расскажи мне о Ронане, — говорю я.

— Рассказать тебе о Ронане?

— После твоих действий, самое меньшее, что ты можешь сделать, это дать мне информацию. Почему он иногда ведет себя по-другому?

Он усмехается.

— Ох, ты стала свидетельницей этой части.

— Значит, ты знаешь об этом.

— Мы трое знаем, но он не любит этого показывать. Мы получаем это едва ли раз в год во время Хэллоуина. Могу я спросить, как тебе удалось это вытащить?

— Я пытаюсь понять, как закопать это обратно, а не вытаскивать.

— И все же ты уверена?

Да. Нет. я не знаю.

Этот придурок превращает меня в ту версию самой себя, которая мне не нравится или которую я не понимаю. Есть этот иностранец, который завладевает моим телом и оставляет меня без всяких мыслей.

Хуже всего то, что я хочу понять. В глубине души я хочу посидеть с ним, поговорить, прикоснуться к нему.

Просто побыть с ним.

— Хочешь знать, что я думаю, Тил? — Коул переворачивает еще одну страницу.

— Нет.

— Я считаю, тебе это действительно нравится, — продолжает он, игнорируя мой ответ.

— Возможно, тебе не нравится, что тебе это нравится. Возможно, тебе не нравится, как это повлияет на твой план — и, кстати, я весь во внимании, если хочешь поделиться.

— Твердое нет.

Он просто использует это в своей собственной игре.

Я даже не рассказала о плане Ноксу, и это останется между мной и тенью за моим плечом.

— Он здесь, — шепчет Коул, и я знаю, о ком он говорит, даже не поднимая головы.

Волосы на затылке встают дыбом, и я заправляю прядь за ухо, а затем быстро опускаю руку.